Читаем Significant Digits - Значащие цифры полностью

Он не делал акцента на отдельных словах и не повышал голоса. Этот вопрос возник давно, еще в момент падения Азкабана: Гермиона верила, что дементоры были достаточным наказанием за любое мыслимое преступление, и безапелляционно заявила, что тем, кто вернулся из этого ада, всегда найдётся место рядом с ней.

Конечно, Гарри был согласен насчёт Азкабана и дементоров: нельзя передать словами, насколько они отвратительны, и никто, буквально никто, не заслуживал таких пыток до смерти. Он без колебаний согласился с её заявлением. Те, кого она лично спасла, в основном были отправлены на лечение, не считая Одетту Шарлевуа. Многие из тех, кого поместили в последнюю британскую тюрьму, Исправительный дом Говарда, просто отбывали свои относительно короткие сроки и без вопросов освобождались. В то время как другие… ну, взять, например, Саймона, осуждённого за убийство… Как только он стал достаточно вменяем, он добровольно присоединился к недавно образованным Возвращённым.

Спустя месяцы они столкнулись с общественным недовольством, что освобождено так много преступников. Конечно, некоторые люди, вроде Вальдена Макнейра, нашли своё место – Макнейр вёл спокойную жизнь, зачаровывая мётлы, – но другие вернулись к мошенничеству, грабежу… или ещё худшим вещам.

Через некоторое время Гарри предложил провести новые судебные процессы и организовать обычные тюрьмы для людей вроде Шарлевуа и Саймона. Гермиона решительно отвергла это предложение, даже после того как Гарри указал ей, что каждый месяц, который они в политическом смысле теряют, это ещё один месяц, когда люди будут умирать.

– Это спасёт жизни, – сказал Гарри. – Я знаю, это бессердечно, но если выдача Сейхана в Каппадокию улучшит наш образ в глазах Кении, союза Десяти Тысяч, и ускорит дела с Америкой, это же… сотни жизней.

Он провёл грубые расчёты в голове. Около семидесяти тысяч волшебников в США… Ежегодная смертность в волшебном мире для развитых стран обычно около четырех человек на тысячу…

– Только в США ведьма или волшебник умирает… примерно каждый второй день. Важен каждый день.

– Важен каждый человек, – ответил Саймон.

На самом деле он не спорил, поскольку никогда бы не ослушался Гермионы. Как и остальные Возвращённые, он бы отрезал себе руки, если бы она велела ему. Гарри придётся подождать и поговорить с ней лично, если он хочет переубедить её. Не то чтобы из этого вышло что-то хорошее.

≡≡≡Ω≡≡≡

– Представь, что тебе нужно выбрать, либо одного человека будут пытать в течение пятидесяти лет, – сказал Гарри Гермионе, – либо миллиарду людей в глаз попадёт пылинка, на секунду раздражая. Нет, не миллиард… гугол человек будут страдать от пылинки в глазу. Гугол – это…

– Десять со ста нулями в конце, – перебила Гермиона. – И ты хочешь, чтобы я решила, какой их этих исходов лучше?

– Да. Ты должна взвесить суммарный дискомфорт столь многих и сравнить с пыткой одного. Если гугола недостаточно, пусть будет гуголплекс, десять в степени гугол людей.

– Не думаю, что в галактике есть гуголплекс атомов, чего уж там говорить о гуголплексе людей, – задумчиво сказала Гермиона.

– Да, но это настолько большое число, что оно позволяет побороть нашу невосприимчивость размеров. Не нужно представлять отдельных людей или даже толпу… Вместо этого думай про числа рационально. Ошеломляющее количество испытывающих минутную боль перевешивает страдания одного человека, кем бы он ни был.