Читаем Шустрое ребро Адама полностью

— Отлично! Привезите их через час на Московский вокзал. Пройдете на шестой перрон. Надеюсь, в милицию вы не заявляли?

— Что вы! — делано ужаснулась Серафима Ильинична. — Я же понимаю, чем я рискую.

— Вот, вот, — одобрил голос. — Тогда договорились.

— А как я получу своего мужа?

— Он будет там, — сказал голос.

— А вас я как узнаю?

— Муж вас сам узнает, — сказал сиплый голос. — И дальнейшие указания передаст тоже он. Но не советую шутить, в кожу предплечья вашего мужа вшита ампула с быстродействующим ядом. Стоит нам почувствовать что-то неладное, как его в толпе якобы случайно толкнут, и ни одна реанимация его уже не воскресит.

— А?..

— Это все, — жестко закончил голос, и трубку повесили.

— Ну что же, — сказала Тамара Ильинична. — По крайней мере Валериан будет уже там. Как вы думаете, — обратилась она к Поленову и Севе, которые о чем-то совещались. — Вы успеете перехватить Валериана и обеспечить ему безопасность, сохранив одновременно деньги?

— Вряд ли, — с сомнением в голосе протянул Сева. — Нас только двое, но, даже будь у нас в распоряжении целый отряд спецназа, все равно в вокзальной толчее очень легко создать ситуации, играющие на руку бандитам. Обеспечить охрану вашего дяди, не вызывая подозрений у похитителей, мы не сможем.

А значит, они успеют скрыться.

— Вот что вас волнует! — возмутилась Тамара Ильинична. — Скроются ли бандиты!

— Совершенно верно, это наша работа, — подтвердил Поленов. — И между прочим, и не в ваших интересах позволить бандитам скрыться, ведь они могут предпринять, и даже наверняка предпримут, еще одну попытку похищения, но только теперь уж не ограничатся такими скромными требованиями и не будут так доверчивы.

— Но вы ведь сумеете схватить того человека, который попытается толкнуть моего дядю, — сказала Мариша.

— Совсем не обязательно, что это будет кто-то из похитителей, а не какой-нибудь совсем посторонний человек. В вокзальной толчее трудно что-либо прогнозировать. Кстати говоря, а где эта ваша Софочка? Она же хотела участвовать в задержании.

— Не знаю, — пожала плечами Серафима Ильинична.

— Не возражаете, если я позвоню на работу к вашему мужу и спрошу, не знают ли они, где эта Софочка? — спросила Сева. — Не можем же мы ее ждать.

— Пожалуйста, — согласилась Серафима Ильинична. — И в самом деле надо позвонить, а то обидится человек.

— Тетя, у тебя случайно нет еще одной такой же сумки? — спросила Мариша. — Неплохо было бы набить ее старыми газетами, чтобы иметь на всякий случай под рукой муляж. Мало ли как развернутся события.

— Такой же точно сумки нет, но я недавно купила десять полиэтиленовых пакетов. Могу парочку одинаковых выбрать.

— Давай! — одобрила Мариша.

Серафима Ильинична отправилась за пакетами.

По дороге она поинтересовалась у Севы:

— Ну, что там с Софочкой?

— Пока занято. — Не возражаете, если я пойду в другую комнату и попытаюсь оттуда дозвониться?

Серафима Ильинична не возражала, и каждый отправился по своим делам.

— Вот пакеты, — сказала она Марише, возвращаясь. — На мой взгляд, достаточно крепкие, чтобы выдержать вес ста тысяч.

— Отлично подойдут, — одобрила Мариша. — А теперь задело, время поджимает.

И мы дружно принялись за дело, взяв за образец купюру в сто долларов. Мариша раздраконила одну пачку долларов в банковской обертке и принялась мастерить куклы. Конечно, сработаны они были кустарно, даже беглый осмотр разоблачил бы нас, но мы рассчитывали, что у преступников не будет времени особенно копаться в содержимом пакета. Серафима Ильинична с сестрой резали бумагу. Я складывала в пачки, стараясь, чтобы они толщиной походили на настоящие пачки с валютой. А Мариша обкладывала получившиеся пачки с двух сторон долларовыми купюрами, обклеивала полосками бумаги и шлепала на них печати, оставшиеся от ее бабушки, врача районной поликлиники.

На расстоянии полуметра пачки нельзя было отличить от настоящих. Я, во всяком случае, не могла.

Но, увы, времени у нас было слишком мало, мы успели изготовить всего лишь около сорока с небольшим пачек, когда из соседней комнаты появился Сева со словами:

— Пора ехать!

Мариша сунула оставшиеся доллары в карман, напихала на дно скомканные газеты, а сверху засыпала их фальшивыми пачками. Получилось вроде бы неплохо.

— Что там с Софочкой? — поинтересовалась она перед выходом.

— На работе ее уже нет, — сказал Сева. — Но мне объяснили, что у Софочки сегодня вечером очень важная встреча с приехавшим из Финляндии серьезным клиентом, или даже двумя. Так что я не думаю, что она даже ради Валериана Владимировича пожертвует этой встречей. Можем зря прождать.

— Конечно, — сказала Тамара Ильинична. — Смогла бы, так уж здесь давно была бы.

— Вот и я так думаю, — пробормотал Сева.

Мы с Тамарой Ильиничной и Маришей загрузились в ее «Опель», а Сева с Поленовым и Серафимой Ильиничной поехали на Севиной «пятерке». Время поджимало, и мы мчались по городу, не очень-то обращая внимание на светофоры. Один раз остановили Севину «пятерку», но Поленов вытащил удостоверение, и проблема умерла, так и не родившись.