Я почувствовала, как моё лицо заливает румянцем. Убрав несколько прядей волос с глаз, я осознала, что не знаю, куда девать руки. Я сосредоточилась обратно на Уллисе, стараясь слушать, что она говорит.

— Смотри, — сказала Уллиса, поднимая пистолет. — Ты закрываешь глаза… и дёргаешься всякий раз, когда нажимаешь на курок. Ты даже не смотришь на мишень, Элли! Так ты ни за что не попадёшь.

Я кивнула, сглотнув. Я все ещё чувствовала на себе взгляд Ревика.

— Реви' сказал мне, что твой отец учил тебя стрелять…

— Из винтовки, — я услышала в своём голосе оправдание. — Я была ребёнком. Я никогда не делала из этого хобби.

— Ну ладно. Но с винтовкой тебе тоже надо целиться. С открытыми глазами. И вздрагивать — это нормально, но ты должна натренировать себя не дёргаться.

Я снова кивнула, затем снова невольно обернулась.

Ревик исчез из дверного проёма.

Я ощутила укол боли, от которой сложно стало дышать.

Я никогда не относилась к волочащемуся типу девушек, даже с Джейденом, так что меня выводила из себя собственная реакция на Ревика. Хуже того, это ощущалось совершенно неконтролируемым. Он даже начинал выглядеть для меня иначе — и к сожалению, определённо не хуже.

Я почувствовала, что Уллиса смотрит на меня любопытствующим взглядом. Я с гримасой отмахнулась от оружия, когда она попыталась протянуть его обратно мне.

— Забудь. Не думаю, что пистолеты мне по сердцу, 'Ллиса.

— Ты должна учиться, Элисон.

— Нет. Не сейчас.

Уллиса нахмурилась, покосившись на дверь. На мгновение её глаза расфокусировались. Когда они вернулись в норму, она снова нахмурилась, пробормотав что-то себе под нос. Свободной рукой она показала на мишень.

— Ещё один раз. Я настаиваю.

Вздохнув, я поддалась, взяв пистолет. Ещё один раз. Ладно.

Я подняла оружие на уровень глаз, обречённо наводя его на цель.

Однако когда я в этот раз сосредоточилась на прицеливании, перед моими глазами появилась сетка. Она напомнила мне ту сетку, которую я видела, пока вела машину — сетку, которую показывал мне Ревик. В этой я тоже почувствовала его и вздрогнула. Он удерживал меня на месте, почти так, словно он стоял за мной и сжимал мои руки.

«Просто смотри, — послал он. — Доверься мне».

Я прикусила губу, но заставила себя расслабиться.

В середине этой сетки, рядом с мишенью, зависло резкое пятно света.

Я постаралась не реагировать, когда его присутствие отступило, оставив меня стоять там, дрожать и ощущать лёгкую тошноту, глядя на сетку и то резкое пятно света. Немножко расслабившись, я увидела, что сетка происходила от одной из геометрических фигур над моей же головой. Я объединила сетку и яркое пятно света с силуэтом на бумаге.

— Нежнее, — сказала Уллиса.

Я удивлённо взглянула на неё. Я забыла об её присутствии.

Я начала выходить из Барьера, но лёгкое давление сказало мне остаться.

Так он ушёл не полностью.

Вновь объединившись с сеткой, я заставила себя глубоко вдохнуть — и нажала на курок.

В Барьере не было нужды вздрагивать.

Не выходя из этого спокойного состояния, я подстроила сетку к другой части силуэта, снова выстрелив. Я выстрелила в третий раз, в четвёртый. Казалось, что все это происходит медленно, как во сне, но когда я открыла глаза, в коридоре между мной и мишенью все ещё рассеивался дымок.

Уллиса рассмеялась в голос, хлопнув в ладоши.

Я уставилась на мишень. Четыре аккуратные дырки пронзали голову, грудь и живот темной фигуры. На кратчайшее мгновение меня затопило восторгом, почти облегчением, что я наконец-то сумела куда-то попасть.

Что ещё лучше, возможно, я даже сумею самостоятельно повторить этот фокус.

Позади себя я ощутила, как его присутствие удаляется.

Оно уходило постепенно, почти неохотно, оставляя за собой лёгкий шепоток тошноты.

Глава 17

Всадники

— Есть новости о Джоне или Касс? — спросила я.

Не дожидаясь ответа, я плюхнулась на огромный диван из искусственной замши перед монитором во всю стену. На том же мониторе лёгким бормотанием транслировались новости, звук был тихим, под сменяющимися и мигающими кадрами бежала строчка текста.

Мика плюхнулась рядом со мной, показывая жест, который, как я теперь знала, на языке жестов видящих означал «да».

Мы только что вышли с кухни.

Она протянула мне стакан грейпфрутового сока и половину сэндвича с чем-то под названием iresmic — это похожая на чатни[7] паста, изготавливаемая видящими. По правде говоря, на вкус она была крайне странной, но её я хотя бы могла вытерпеть. Большую часть еды видящих, которую они пытались мне давать, я вообще не могла проглотить.

Мика, та же самая невысокая видящая азиатской наружности, которую я встретила в свою первую ночь здесь, показала на монитор.

— Твоих друзей перевезло правительство, — сказала она. — Твою маму тоже. Это хорошо, Элли. Значит, они разбираются с этим посредством людей. Шулеры оставили их в покое, — Мика закатила глаза, слегка улыбнувшись, и проглотила кусочек сэндвича. — Это новая любимая игрушка Шулеров — называть всех террористами.