Читаем Шулер полностью

Все ещё уставившись на него с неверием, я стиснула челюсти.

— Раз ты видящий, разве ты не можешь заставить меня поверить во что угодно?

Он вновь повернулся, адресовав мне холодный взгляд.

— Конечно, — сказал он. — Но с чего бы мне это делать? Ты же никто, сама сказала.

На это мне нечего было ответить. Повернувшись обратно к окну, я стиснула зубы, стараясь думать.

— Он как-то назвал меня, — сказала я. — Тот парень в закусочной. Он назвал меня именем…

— Мост, да. Это твой титул.

— Точно, — повторила я. — Мост. Так это… что? Какой-то ваш миф? Типа штуки в духе Далай Ламы? — когда он не ответил, я заговорила резче. — Ты должен понимать, каким бл*дским безумием это звучит для меня. Ты видящий. Ты должен уметь хотя бы немножко поместить себя в мою шкуру, верно? Эмпатия идёт в комплекте?

Губы мужчины поджались в тонкую линию.

Я ждала, гадая, ответит ли он.

Он не ответил.

Подавив нетерпение, я покачала головой.

— Ты говоришь как немец. Не думала, что видящие все ещё живут в Европе. Я думала, вы все в Азии, за исключением тех немногих, что работают напрямую на…

— Элисон, — холодно перебил он, повернувшись ко мне. — Просто прекрати.

— Прекратить?

Он кивнул, не отрывая глаз от дороги.

— Ты понимаешь это лучше, чем притворяешься. Это шок, — он неопределённо показал на меня рукой. — Может, отрицание. Ты знаешь правду. Твоя человеческая жизнь… закончилась. Ты говоришь со мной, произносишь вещи, ошибочность или полу-правдивость которых прекрасно осознаешь. Ты пытаешься убедить себя, что это нереально, что ты не понимаешь. Лучше сохранять молчание. Позволить правде отложиться в сознании.

Я уставилась на него. Осознав, что в его словах присутствовала по крайней мере искорка правды, я стиснула зубы.

Когда он больше ничего не сказал, я издала прерывистый смешок.

— Ладно, смотри, — я перевернула руку, показывая ему более светлую кожу внутренней стороны руки. Я ткнула в букву H[3], вытатуированную черными чернилами на моей коже. — Впаривай своё безумие кому-то другому, ладно? Меня тестировали. В буквальном смысле сотни раз. Меня удочерили, так что меня тестировали каждый раз при регистрации. Что бы ты ни пытался сделать, выставить меня каким-то сверх-видящим, якобы-Сайримном, я не горю желанием быть козлом отпущения за затеянный тобой переворот…

Я умолкла, когда он задрал рукав на своей левой руке.

Увидев штрих-код на худой руке оливкового цвета, мои глаза остановились на чёрной Н, вытатуированной на его коже. Он наблюдал за мной достаточно долго, чтобы убедиться, что я поняла, затем опустил рукав, положив обе руки обратно на обшитый кожей руль.

— Это чернила, Элисон, — сказал он. — Они ни хера не значат.

Я ушла в молчание, тошнотворное чувство в моем нутре усиливалось. После ещё одной паузы я покачала головой, вспомнив свой последний визит к доктору и его слова…

— Ты серьёзно будешь притворяться, что ты этого не делала? — видящий повернулся ко мне по-настоящему, его тонкие губы хмуро поджались. — Gaos d’lanlente, Элисон! Твоё имя, скорее всего, уже во всех новостях. Твоё имя. Моё лицо. Твоё лицо, — он продолжал сверлить меня сердитым взглядом, злость окрашивала его голос. — Ты хочешь обвинить в этом меня? Я бы вытащил тебя по-тихому. Я бы протащил тебя мимо него, если бы ты просто…

— Ага, — рявкнула я. — Ты проделал офигительную работу, вытаскивая меня «по-тихому», иначе и не скажешь. Изумительная работа. Мне особенно понравилась та часть, где ты приставил мне к башке пистолет.

Он нахмурился, отворачиваясь. Глядя через ветровое стекло, он сжал руки на коже рулевого колеса, ничего не сказав и щёлкнув языком себе под нос.

Я тоже сидела молча, хмурясь и глядя в окно.

И все же сказанные нами обоими слова начали глубже осознаваться моим мозгом. Подумав об их последствиях, я сглотнула. Мои руки внезапно похолодели.

Я действительно сделала это? Я действительно швырнула людей через всю комнату?

— Да, — прорычал мужчина рядом со мной. — Сделала.

Едва приостановив свои мысли, чтобы наградить его сердитым взглядом, я стиснула зубы и не ответила. И все же то тошнотворное ощущение в моем нутре усилилось.

Телекинез не был распространённым явлением. Он был практически неслыханным, даже среди видящих. Я практически уверена, что с тех самых пор, как видящих вообще обнаружили на Земле, не было найдено ни одного видящего-телекинетика, не считая Сайримна, который был мёртв примерно восемьдесят лет.

Этого определённо не случалось при моей жизни.

Однако наследие Сайримна жило и здравствовало.

Для большинства людей Сайримн все ещё был бабайкой. Во время Первой Мировой Войны он стер с лица земли половину Европы. Он убил несколько миллионов людей из числа разных человеческих армий. Он взрывал самолёты, силой мысли воспламеняя топливные баки. Он проделывал то же самое с бронированными автомобилями, даже с танками. Он взрывал бомбы, воспламенял порох в пулях прежде, чем они вылетали из стволов. Он обрушивал мосты вместе с войсками, разрушал водопроводы и трубопроводы, поджигал поля.

Он убил миллионы гражданских.