Читаем Шляхта и мы полностью

Этот отрывок русским друзьям посвящает автор

РУССКИМ ДРУЗЬЯМ

Вы помните ль меня? Среди моих друзей,Казненных, сосланных в снега пустынь угрюмых,Сыны чужой земли! Вы также с давних днейГражданство обрели в моих заветных думах.О где вы? Светлый дух Рылеева погас, —Царь петлю затянул вкруг шеи благородной,Что, братских полон чувств, я обнимал не раз.Проклятье палачам твоим, пророк народный!Нет больше ни пера, ни сабли в той руке,Что, воин и поэт, мне протянул Бестужев.С поляком за руку он скован в руднике,И в тачку их тиран запряг, обезоружив.Быть может, золотом иль чином ослеплен,Иной из нас, друзья, наказан небом строже:Быть может, разум, честь и совесть продал онЗа ласку щедрую царя или вельможи.Иль, деспота воспев подкупленным пером,Позорно предает былых друзей злословью,Иль в Польше тешится награбленным добром,Кичась насильями, и казнями, и кровью.Пусть эта песнь моя из дальней стороныК вам долетит во льды полуночного края.Как радостный призыв свободы и весны,Как журавлиный клич, веселый вестник мая.И голос мой вы все узнаете тогда:В оковах ползал я змеей у ног тирана,Но сердце, полное печали и стыда,Как чистый голубь, вам вверял я без обмана.Теперь всю боль и желчь, всю горечь дум моихСпешу я вылить в мир из этой скорбной чаши,Слезами родины пускай язвит мой стих,Пусть, разъедая, жжет – не вас, но цепи ваши.А если кто из вас ответит мне хулой,Я лишь одно скажу: так лает пес дворовыйИ рвется искусать, любя ошейник свой,Те руки, что ярмо сорвать с него готовы[14].

Перевел В. Левик


Ярослав Ивашкевич

ИЗ ЦИКЛА «АЗИАТЫ»

Травы ТолстогоХлеб ДостоевскогоПлакучие ивы ЧайковскогоМеня оплели по шеюНе вырубит их сабля ВолодыевскогоНе истребит смешок ДаниэляКони стучат копытами день и ночьСкачут несут маленьких наполеоновИ громадных нагих актеровИз невероятных фильмовНа западе густые лозы над ЛуаройНе то ивы не то виноградНад головой курлычут журавлиКричат павлины смерти в парках ПетергофаХорошо что ЯрославнаТихой иволгой плачет на сырых палисадахНа обветшалых безмраморных стенахПо берегам белых озерНа морях острова полные звуков музыкиВсе оркестры мира передают в эфиреУвертюры марши и солдатские песниНе хочу слушать скрежет режущих инструментовТолько одну песнь запойте: однуПеснь Чингисхана и его армадыПеснь наступающей конницы песнь клинковрассекающихЧернобыльские дубы и энгадинские кедры

Перевел Андрей Базилевский


Адам Загаевский

СТИХИ О ПОЛЬШЕ

Перейти на страницу:

Все книги серии Политические тайны XXI века

Аншлаг в Кремле. Свободных президентских мест нет
Аншлаг в Кремле. Свободных президентских мест нет

Писатель, политолог, журналист Олег Попцов, бывший руководитель Российского телевидения, — один из тех людей, которым известны тайны мира сего. В своей книге «Хроники времен царя Бориса» он рассказывал о тайнах ельцинской эпохи. Новая книга О. М. Попцова посвящена эпохе Путина и обстоятельствам его прихода к власти. В 2000 г. О. Попцов был назначен Генеральным директором ОАО «ТВ Центр», а спустя 6 лет совет директоров освобождает его от занимаемой должности в связи с истечением срока контракта — такова официальная версия. По мнению самого Попцова, подлинной причиной отставки был его телевизионный фильм «Ваше высокоодиночество», построенный как воображаемый диалоге президентом России Владимиром Путиным. Смысл фильма касался сверхактуальной проблемы закрытости высшей власти и необходимости ее диалога с обществом. Новая книга О. М. Попцова посвящена эпохе Путина и обстоятельствам его прихода к власти. Автор предлагает свое видение событий и истинной подоплеки значимых действий высшей власти, дает свое толкование тайнам и интригам политической жизни Кремля в первое десятилетие XXI века.

Олег Максимович Попцов

Публицистика / Документальное
Власть в тротиловом эквиваленте: Наследие царя Бориса
Власть в тротиловом эквиваленте: Наследие царя Бориса

Эта книга, наверное, вызовет скандал с эффектом взорвавшейся бомбы. Хотя вынашивалась и писалась она не ради этого. Михаил Полторанин, демократ-идеалист, в свое время правая рука Ельцина, был непосредственным свидетелем того, как умирала наша держава и деградировал как личность первый президент России. Поначалу горячий сторонник и ближайший соратник Ельцина, позже он подвергал новоявленного хозяина Кремля, который сдавал страну, беспощадной критике. В одном из своих интервью Полторанин признавался: «Если бы я вернулся в то время, я на съезде порекомендовал бы не давать Ельцину дополнительных полномочий. Сказал бы: "Не давайте этому парню спички, он может спалить всю Россию…"»Спецкор «Правды», затем, по назначению Б. Н. Ельцина, главный редактор газеты «Московская правда», в начале 1990-х он достиг апогея своей политической карьеры: был министром печати и информации, зампредом правительства. Во всей своей зловещей достоверности открылись перед ним тайники кремлевского двора, на глазах происходило целенаправленное разрушение экономики России, разграбление ее богатств, присвоение народной собственности кучкой нуворишей и уничтожение самого народа. Как это было, какие силы стояли и по-прежнему стоят за спиной власти, в деталях и лицах рассказывает в своей книге, в чем-то покаянной, основанной на подлинных фактах и личных наблюдениях, очевидец закулисных интриг Кремля.

Михаил Никифорович Полторанин

Биографии и Мемуары

Похожие книги

100 великих казней
100 великих казней

В широком смысле казнь является высшей мерой наказания. Казни могли быть как относительно легкими, когда жертва умирала мгновенно, так и мучительными, рассчитанными на долгие страдания. Во все века казни были самым надежным средством подавления и террора. Правда, известны примеры, когда пришедшие к власти милосердные правители на протяжении долгих лет не казнили преступников.Часто казни превращались в своего рода зрелища, собиравшие толпы зрителей. На этих кровавых спектаклях важна была буквально каждая деталь: происхождение преступника, его былые заслуги, тяжесть вины и т.д.О самых знаменитых казнях в истории человечества рассказывает очередная книга серии.

Леонид Иванович Зданович , Елена Николаевна Авадяева , Елена Н Авадяева , Леонид И Зданович

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Потемкин
Потемкин

Его называли гением и узурпатором, блестящим администратором и обманщиком, создателем «потемкинских деревень». Екатерина II писала о нем как о «настоящем дворянине», «великом человеке», не выполнившем и половину задуманного. Первая отечественная научная биография светлейшего князя Потемкина-Таврического, тайного мужа императрицы, создана на основе многолетних архивных разысканий автора. От аналогов ее отличают глубокое раскрытие эпохи, ориентация на документ, а не на исторические анекдоты, яркий стиль. Окунувшись на страницах книги в блестящий мир «золотого века» Екатерины Великой, став свидетелем придворных интриг и тайных дипломатических столкновений, захватывающих любовных историй и кровавых битв Второй русско-турецкой войны, читатель сможет сам сделать вывод о том, кем же был «великолепный князь Тавриды», злым гением, как называли его враги, или великим государственным мужем.    

Ольга Игоревна Елисеева , Наталья Юрьевна Болотина , Саймон Джонатан Себаг Монтефиоре , Саймон Джонатан Себаг-Монтефиоре

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Образование и наука
Ленин
Ленин

«След богочеловека на земле подобен рваной ране», – сказал поэт. Обожествленный советской пропагандой, В.И. Ленин оставил после себя кровавый, незаживающий рубец, который болит даже век спустя. Кем он был – величайшим гением России или ее проклятием? Вдохновенным творцом – или беспощадным разрушителем, который вместо котлована под храм светлого будущего вырыл могильный ров для русского народа? Великим гуманистом – или карателем и палачом? Гением власти – или гением террора?..Первым получив доступ в секретные архивы ЦК КПСС и НКВД-КГБ, пройдя мучительный путь от «верного ленинца» до убежденного антикоммуниста и от поклонения Вождю до полного отрицания тоталитаризма, Д.А. Волкогонов создал книгу, ставшую откровением, не просто потрясшую, а буквально перевернувшую общественное сознание. По сей день это лучшая биография Ленина, доступная отечественному читателю. Это поразительный портрет человека, искренне желавшего добра, но оставившего в нашей истории след, «подобный рваной ране», которая не зажила до сих пор.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное