Читаем Шкафчик №13 полностью

Разделавшись с физикой, я взялся за свою программу по анимации. С последним разделом у меня что–то не заладилось. Не получалось заставить всё двигаться так, как мне хотелось.

Но в тот вечер моё везение продолжилось. С анимацией у меня всё получилось. Изображения двигались совершенно синхронно. И я почти закончил программу.

В начале десятого я решил позвонить Ханне. Она так странно вела себя на большой перемене. Я подумал, может, она заболела.

Я решил узнать, стало ли ей лучше. Но по тому, как она заговорила, взяв трубку, я понял, что она по–прежнему не в себе.

Я попытался поднять ей настроение. Рассказал о своём триумфе на тренировке по баскетболу. И о награде в сотню долларов за найденного котёнка.

— Круто, — сказала Ханна.

Но в голосе у неё не звучало никакого энтузиазма.

— А потом мама приготовила на обед всё моё самое любимое! — радостно сообщил я.

— Везёт, — уныло заметила Ханна.

— Слушай, что с тобой сегодня? — спросил я. — Я же вижу, что–то не так.

Она долго молчала.

— Наверное, просто настроение паршивое, — сказала наконец она. — Сегодня по дороге домой я упала с велосипеда.

— Ох ты! — застонал я. — Надеюсь, не сильно ушиблась?

— Да как сказать, — ответила она. — Всю руку ободрала. И лодыжку вывихнула здорово.

— Да… Плохие новости, — пробормотал я.

— Особенно если учесть, что завтра у меня игра, — вздохнула Ханна.

— Думаешь, сможешь играть? — спросил я.

— Может быть, — мрачно вздохнула она.

— Может, я смогу прийти за тебя поболеть, — сказал я.

Опять последовало долгое молчание. Потом Ханна сказала:

— Люк, послушай меня… — она прошептала это так тихо, что я едва слышал её.

— Что–что? — переспросил я.

— Мне надо что–то тебе сказать. Только…

Я плотнее прижал трубку к уху.

— Что? В чём дело?

— Понимаешь… — и снова последовало долгое молчание. — Не могу, — наконец выдохнула она.

Послышался щелчок, и линия отключилась.

На следующее утро моё везение закончилось.

По крайней мере я подумал, что моё везение закончилось.

Потому что перед уроком физики я перерыл весь рюкзак в поисках тетрадки с заданием — нигде её не было.

Я вытряхнул всё, что было, — до последнего учебника, последней бумажонки и карандаша.

Нет тетрадки! Вчера вечером я убил на это задание целый час. И вот — на тебе! — забыл его дома.

Мне грозила крупная неприятность. Мисс Кремер требовала, чтобы работы сдавались вовремя. А от этих оценок за домашнюю работу наполовину зависела оценка в четверти.

Когда она вошла в лабораторию, чтобы начать урок, у меня засосало под ложечкой от страха. Как я мог сделать такую глупость?

— Доброе утро, ребята, — поздоровалась она. — Я хочу сделать объявление. Это касается вчерашнего домашнего задания.

В классе воцарилась тишина.

— Должна извиниться перед вами, — продолжала мисс Кремер. — Я дала вам не то задание. Перепутала вопросы. Я очень сожалею об этом. Вам не надо его сдавать. Просто может разорвать его и выбросить.

Послышались радостные крики. Кое–кто из ребят с восторгом разорвал свою работу на мелкие кусочки. Это был целый праздник.

«Ура, опять мне везёт», — довольно подумал я. Моя полоса удач продолжалась. Позднее, когда мисс Кремер раздала нам проверенные задания с прошлой недели, оказалось, что у меня, единственного из класса, отличная оценка.

В столовой я успел схватить последний кусок пиццы с прилавка!

Все, кто был в очереди со мной, застонали от досады. Ко мне подошёл Дарнелл и предложил мне за неё пять долларов. Но я не согласился.

После уроков я зашёл в компьютерный класс к миссис Коффи. И она сказала, что её планы внезапно изменились: она пробудет в школе ещё две недели.

Я обрадовался. Ведь это означало, что у меня есть время, чтобы закончить свою программку по компьютерной анимации и показать её учительнице до отъезда.

— Люк, я разговаривала о тебе со своим другом, владельцем Линкапса. Знаешь, этот компьютерный салон на Хайлэндз? Я ему рассказала, как ты ловко управляешься с компьютерами, ремонтируешь их, наращиваешь память. И он сказал, что ты можешь приходить в магазин по субботам и помогать в отделе обслуживания.

— Правда? — ахнул я.

Она кивнула.

Он очень славный парень, и ему нужны люди, умеющие обращаться с оборудованием. Он сказал, что настоящей работы он тебе дать не может, поскольку тебе только двенадцать. Но пять долларов в час он платить тебе будет.

— Ха! Это же классно! — воскликнул я. — Спасибо, миссис Коффи.

Я прямо–таки летел вниз по лестнице в спортивный зал. Мне хотелось взмахнуть руками и полететь! Так много хорошего происходило со мной последнее время! Я просто не мог в это поверить!

Когда я вбежал в зал, команда Ханны уже играла. Я отыскал себе место на галерее для зрителей и посмотрел на табло со счётом. Наши девочки уже проигрывали 10:2.

Что происходит, подумал я. Как могло случиться, что команда Ханны так ужасно проигрывает? Их противник — команда «Би Стингерс» из средней школы Элвуд. Она считалась самой слабой в городе!

Я повертел головой, оглядывая галерею. Зрителей было всего человек двадцать: кучка ребят и несколько родителей, сидевших вместе на самом верху галереи.