Читаем Шиванандалахари полностью

29. О Всепроникающий Владыка Миров! Я преклоняюсь пред Твоими лотосными стопами и всегда созерцаю Тебя, Высшее Бытие! О Шамбху, Дарователь Счастья, Учитель Мира! Вверяю Тебе себя и прошу лишь об одном: удостой меня Своим милостивым взглядом, которого так страстно желают все боги, и надели меня Знанием, дарующим вечное блаженство.

30. О Владыка созданий, Кто в качестве украшения носит полумесяц в Своих спутанных волосах! Ты Бог Вселенной и Учитель трех миров! О если бы имел я тысячу рук, подобно солнцу, чтобы предложить Тебе [изысканные] одежды, и был бы как Вишну, чтобы поклониться Тебе с цветами. О если бы обладал я ароматным дуновением, подобно воздуху, чтобы овеять Тебя благовониями, и властью над огнем, подобно Индре, дабы приготовить найведью для Тебя; и был бы рожден в Золотом Яйце, как Хираньягарбха, чтобы почитать Тебя с необходимым сосудом, — тогда, возможно, мое поклонение Тебе было бы совершенным.

31. О Владыка всех душ! Чтобы защитить живых и неживых существ, тех, что внутри Тебя, и тех, что снаружи, Ты не проглотил и не изверг, а задержал в Своем горле тот ужасающий яд, что получили небожители. Ну разве не достаточно этого величайшего поступка, чтобы [раз и навсегда] установить Твое превосходство?!

32. О Шамбху, Великая Душа, Источник всей добродетели! Прошу, поведай [нам] о том, как смотрел Ты на тот яд, неистово пылающий, подобно огню, бросающий в дрожь даже бессмертных небожителей? Как брал и держал его в Своей ладони? Правда ли, что он был в [чаше] из зрелого плода джамбу? Как затем Ты поместил его на язык, точно целебную пилюлю сиддхов; и как носил его в горле, подобно драгоценному украшению синего цвета?

33. О Господь, Повелитель всех! Не достаточно ли для окончательного освобождения людям (таким же, как и я) хотя бы единожды преклониться перед Тобой, совершить пуджу, услышать божественную историю о Тебе, взглянуть или просто подумать о Тебе? Как еще можно достичь освобождения? Если же этого достаточно, к чему тогда тяжкие обеты и поклонение эфемерным богам?!

34. О Повелитель живых существ! Насколько смелы Твои поступки! Может ли кто соперничать с Тобой в храбрости или достигнуть положения, равного Твоему?! В то время когда небожители теряют свое небесное положение, мудрецы объяты страхом, а мировые системы сворачиваются до своего изначального состояния, Ты один остаешься бесстрашным, преисполненным блаженства Свидетелем космического распада (Пралайи).

35. Кто я, чтобы просить Тебя, Несущего бремя ответственности за настоящее и будущее всего сущего, Дарователя всех благ, Душу всех когда-либо существовавших религий, Всезнающего и Всемилосердного?! О Шамбху, Ты всегда в моем сердце как самый близкий мне и родной!

36. О Господь, единый с Божественной Матерью! Дабы освятить свое жилище, я, Твой преданный, совершу очистительный обряд: мантрой саттвы я освящу сосуд (кумбху) своего умиротворенного ума, наполненный амритой радости (и удовлетворения), обвяжу его нитью преданности, вложу в него листья — Твои священные стопы и водружу сверху кокос Знания.

37. Так же как боги, взбивая молочный океан, получили Сому, Кальпатару, Сурабхи, Чинтамани, Амриту и Лакшми; так и мудрые, — пахтая океан Вед, используя в качестве мутовки свой добродетельный ум, а беззаветную преданность в качестве веревки, достигают Тебя. Того, Кто пребывает в союзе с Божественной Матерью, Кто, подобно древу желаний и корове изобилия, исполняет заветные мечты, Кто с ног до головы умащен желаниями, точно драгоценный волшебный камень, Кто дарует вечное счастье, подобно нектару, и освобождение — подобно Лакшми.

38. Так же как океан поднимается, когда на небе зажигаются звезды и благоприятная полная чистая луна, отмеченная знаком оленя, рассеивая мглу, появляется из-за «восточной горы», — так неописуемое блаженство переполняет всяческие границы, когда Ты, благоприятный, чистый и совершенный, в союзе с Божественной Матерью, держащий лань и разрушающий тьму невежества, проявляешься в сердце; и из-за горы добродетели, приобретенной в прошлом, появляются Твои сладостные очертания. Несомненно — это удел мудрого.

39. Так же как во владениях хорошего правителя всегда царит справедливость, просвещенность, всеобщее благоденствие и радость, так и Ты — боготворимый Царь царей, Владыка освобождения, когда господствуешь в лотосе моего сердца, свет дхармы (добродетели) торжествует в нем, и мои грехи истощаются, страсти ослабевают, жизнь становится счастливой, а знание — плодотворным.

40. О Бхагаван, Владыка миров! Когда, с помощью водяного колеса интеллекта и сосуда слов, чистые воды божественных историй Садашивы орошают поля сердца, посредством многочисленных каналов поэзии, посев риса преданности сулит обильным урожаем. Где теперь страх голода для меня, Твоего иждивенца?

Перейти на страницу:

Похожие книги

А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2
А. С. Хомяков – мыслитель, поэт, публицист. Т. 2

Предлагаемое издание включает в себя материалы международной конференции, посвященной двухсотлетию одного из основателей славянофильства, выдающемуся русскому мыслителю, поэту, публицисту А. С. Хомякову и состоявшейся 14–17 апреля 2004 г. в Москве, в Литературном институте им. А. М. Горького. В двухтомнике публикуются доклады и статьи по вопросам богословия, философии, истории, социологии, славяноведения, эстетики, общественной мысли, литературы, поэзии исследователей из ведущих академических институтов и вузов России, а также из Украины, Латвии, Литвы, Сербии, Хорватии, Франции, Италии, Германии, Финляндии. Своеобразие личности и мировоззрения Хомякова, проблематика его деятельности и творчества рассматриваются в актуальном современном контексте.

Борис Николаевич Тарасов

Религия, религиозная литература
Exemplar
Exemplar

Генрих Сузо (1295/1297—1366) — воспитанник, последователь, апологет, но отчасти и критик своего учителя Майстера Экхарта (произведения которого уже вышли в серии «Литературные памятники»), суровый аскет, пламенный экстатик, проповедник и духовник женских монастырей, приобретший широкую известность у отечественного читателя как один из главных персонажей знаменитой книги И. Хёйзинги «Осень Средневековья», входит, наряду со своим кёльнским наставником Экхартом и другом Иоанном Таулером (сочинения которого еще ждут своего академического представления российской аудитории), в тройку великих мистиков позднесредневековой Германии и родоначальников ее философии. Неоплатоновская теология Экхарта в редакции Г. Сузо вплотную приблизилась к богословию византийских паламитов XIV в. и составила его западноевропейский аналог. Вот почему творчество констанцского харизматика несомненно окажется востребованным отечественной религиозной мыслью, воспитанной на трудах В. Лосского и прот. И. Мейендорфа, а его искания в контексте поиска современных форм духовной жизни, не причастных церковному официозу и альтернативных ему, будут восприняты как свежие и актуальные.Творения Г. Сузо не могут оставить равнодушными и в другом отношении. Прежде всего это автобиография нашего героя — «Vita», первая в немецкой литературе, представляющая собой подлинную энциклопедию жизни средневековой Германии: кровавая, откровенно изуверская аскеза, радикальные способы «подражания Христу» (умерщвление плоти, самобичевание) и экстатические созерцания; простонародные обычаи, празднества, чумные эпидемии, поклонение мощам и вера в чудеса, принимающие форму массового ажиотажа; предметная культура того времени и сцены повседневного быта социальных сословий — вся эта исполненная страстей и интеллектуальных борений картина открывается российскому читателю во всей ее многоплановости и противоречивости. Здесь и история монастырской жизни, и захватывающие катехизаторские путешествия Служителя — литературного образа Г. Сузо, — попадающего в руки разбойников либо в гущу разъяренной, скорой на расправу толпы, тонущего в бурных водах Рейна, оклеветанного ближайшими духовными чадами и преследуемого феодалами, поклявшимися предать его смертельной расправе.Издание включает в себя все немецкоязычные сочинения Г. Сузо — как вошедшие, так и не вошедшие в подготовленный им авторский сборник — «Exemplar». К первой группе относятся автобиография «Vita», «Книжица Вечной Премудрости», написанная в традициях духовного диалога, «Книжица Истины» — сумма и апология экхартовского богословия, и «Книжица писем» — своего рода эпистолярный компендиум. Вторую группу составляют «Большая книга писем», адресованных разным лицам и впоследствии собранных духовной дочерью Г. Сузо доминиканкой Э. Штагель, четыре проповеди, авторство двух из которых считается окончательно не установленным, а также медитативный трактат Псевдо-Сузо «Книжица Любви». Единственное латинское произведение констанцского мистика, «Часослов Премудрости», представлено рядом параллельных мест (всего более 120) к «Книжице Вечной Премудрости» — краткой редакции этого часослова, включенной в «Exemplar». Перевод сопровожден развернутыми примечаниями и двумя статьями, посвященными как творчеству Г. Сузо в целом, так и его «Часослову Премудрости» в частности.

Генрих Сузо

Религия, религиозная литература