Аполлон Игнатьевич Курослепов. Руководитель секции спортивных игр. Держится на руководящей должности главным образом из-за красивого почерка. Аполлон Игнатьевич является автором ста протестов и двухсот челобитных. Бурная каллиграфическая деятельность Курослепова свидетельствует о том, что руководящие деятели спортивного общества «Круг» не прочь компенсировать свои неудачи на зеленом поле более легкими победами за зеленым сукном всяких конфликтных комиссий.

Умер Курослепов на посту главного судьи соревнований по плаванию. Солнечное утро никак не предвещало трагической развязки. Аполлон Игнатьевич за пять минут до начала матча выехал на лодке к пловцам, чтобы дать им кое-какие руководящие указания. Однако в самый патетический момент речи Курослепова легкая, шальная волна ударила в борт лодки. Аполлон Игнатьевич пошел ко дну прежде, чем ему успели оказать помощь. Как выяснилось потом, главный судья по плаванию не умел плавать не только кролем или баттерфляем, но даже простыми саженками.

Артем Свистунов. Судья. При судействе имел обыкновение ориентироваться не на футбольные правила, а на ныне уже покойного руководящего товарища Курослепова. Ввиду того что своего собственного мнения Свистунов никогда не имел, он всегда подсуживал той команде, к которой благоволил Аполлон Игнатьевич.

Артему Свистунову принадлежит нижеследующий афоризм: «Для того чтобы выигрыш стал проигрышем, нужно за пять минут до конца матча свистнуть три неправильных «вне игры» и назначить всего один сомнительный одиннадцатиметровый удар».

* * *

Краткой характеристикой Свистунова мы заканчиваем смотр спортивных неудачников.

В нашем повествовании, как, очевидно, заметил читатель, были и свои происшествия и свои жертвы. Погиб, к примеру, Аполлон Игнатьевич Курослепов. Однако смерть Аполлона Игнатьевича не должна сеять в наших рядах благодушных иллюзий. Мы утопили Курослепова сегодня, он может снова всплыть на поверхность завтра. И завтра же какой-нибудь недалекий спортивный деятель снова бросит ему «Круг» для спасения.

Г. Рыклин

БОЛЬШИЕ ДИСТАНЦИИ

В хате была страшная духота. Мы потели, ахали, ругались, отдувались, но — никакого облегчения.

Хозяин молдаванин, все время хранивший молчание, наконец, заговорил:

— Прошу не волноваться, товарищи. Духота будет действовать всю ночь. Одно средство против нее: выйти на свежий воздух. Это очень помогает. Вчера ночевал у меня казак, здоровый мужчина, и то не утерпел — бежал на улицу. А вот еще на прошлой неделе…

Что там такое случилось на прошлой неделе, нам так и не посчастливилось узнать. Увлеченные примером казака, мы стремительно оставили избу и очутились на воле.

Луны в этот вечер не было отпущено на всю Молдавию ни крошки. Но зато звездами мы были обеспечены до самого утра. Кроме того, у меня еще была зажигалка.

Я зажег ее, чтобы уточнить обстановку. А кстати мне хотелось рассмотреть лицо и звание моего случайного товарища по несчастью. Это был молодой лейтенант, с небольшой, такой же молодой, как он сам, бородкой — больше я ничего не успел разглядеть.

Мы уселись на какое-то бревно и, конечно, первым делом задымили папиросками. Спать уже не хотелось, и мы разговорились.

Офицер вдруг сказал:

— Вношу конкретное предложение: давайте, чтобы скоротать ночь, рассказывать по очереди смешные истории. Могу я начать, если хотите. Идет?

Я согласился. И старший лейтенант приступил к делу!

— Было это в лесочке, возле одной деревни. Во время летних учений.

Нашему полковнику в этот час надо было послать донесение в штаб армии. А под рукой — ни машины, ни мотоциклетки, А до штаба — верст десять. Что делать?

Тут как раз в хату, занимаемую полковником, зашел сержант Галушка. Я его мало знаю, но говорят, что он большой чудак. Водятся за ним всякие странности.

Так вот этот самый сержант и говорит нашему полковнику:

— Разрешите, товарищ полковник, отправиться в штаб с донесением.

Тот на него подозрительно покосился. А сержант настаивает:

— Разрешите сбегать. Надеюсь оправдать доверие.

Ну, дали ему пакет. Вышел сержант из хаты и скрылся. А полковник ходит, курит, нервничает.

Вдруг застенчиво скрипнула дверь. На пороге — смущенный сержант.

— Что? Вы еще здесь? — закричал полковник не своим голосом.

Сержант окончательно оробел. И, еле переводя дыхание, отвечает:

— Да. Я уже здесь.

— Отвечайте толком.

Сержант, весь потный, говорит:

— Вот… из штаба.

Вынимает пакет из кармана и подает полковнику. Тот прямо ошалел:

— Как? Вы уже были там и вернулись?

— Так точно.

— Крылья у вас, что ли?

— Никак нет.

Потом, когда все улеглось, полковник попросил Галушку поведать ему тайну своих ног:

— У вас, сержант, золотые ноги. Замечательные ноги. Такие ноги надо всегда держать в калошах, чтобы, спаси бог, не простудить.

А Галушка рассказал полковнику небольшой отрывок из своей немного странной биографии. Еще недавно парень служил на каком-то заводе агентом по снабжению. И там случился с ним неприятный казус.