Это на поле произошло что-то такое, что нарушило правила игры, что вышло за пределы дозволенного, — и вот протест страшным свистом.

Действительный судья, даже всесоюзный, свистнул раз-два — и все, а эти судьи-болельщики свистят минимум одну-две минуты беспрерывно.

Суровые судьи! Неумолимые и жестокие!..

…Глядя на матч, убеждаешься, что мастерство футбола достигло у нас необыкновенной высоты, стало искусством, — такие интересные, сложные и хитроумные разыгрываются на зеленом поле комбинации, ситуации и т. п.

И какой физически крепкий у нас народ — физкультурники!

* * *

Гол!!!

Ну, тут, дорогие наши читатели, я не берусь описать все, что творится.

И вы видели и я видел и в кинохронике и в кинофильмах зафиксированные матчи, и в обычном движении и в замедленном, — все это мы с вами видели.

И то, что мы видели, только вот такая малюсенькая частичка того, что на самом деле происходит…

Летят кепки? Летят!

Летят зонтики? Летят!

Летят газеты, летят перчатки, летят коробки с папиросами, со спичками, летят носовые платки — все это летит.

Все кричат!

Мы с вами знаем, что значит — кричать, что значит — визжать, вопить, но то, что творится, когда «гол», этого описать невозможно.

Около меня сидела с левой стороны молодая женщина, симпатичная блондинка, в очках и вообще…

Чудесная женщина!

И вот — гол!!!

Она так метнулась туда, сюда, она так вскочила (нет, не вскочила, а сорвалась, нет, не сорвалась, а ее сорвало!), что я бросился от нее вправо! Ее очки рванулись с носа и полетели вверх… Она и не сидела на месте, и не бежала, и не топталась, и не шла, она — я не знаю — она винтилась на месте и не ввинчивалась, а, наоборот, вывинчивалась из места… Из ее уст что-то звенело. Нет, не звенело — рокотало. Нет, не рокотало, а неслось! Крик? Нет! Вопль? Нет! Я не знаю, как это вам объяснить, но это что-то необыкновенное. Это радость с криком вырвалась из груди удовлетворенного человека!

Смеетесь?

Не надо! Ибо это радость! Радость нашей чудесной молодости!

5

Вот и футбол!

Вот и мы с вами — болельщики!

На первый раз позвольте несколько советов, чтобы обязательно выиграть матч:

1. Надо хорошо играть!

2. Надо культурно играть!

3. Не надо ломать «противникам» руки, ноги и т. п., чтобы их уносили с поля и чтобы у вас в команде оставалась вся команда, а у противников только один вратарь. Это очень некультурно.

4. А если до конца матча останется десять минут, команда побеждающая должна делать вот что: а) забивать мячи только в аут, б) посылать мячи зрителям, а зрители, симпатизирующие вам, должны придерживать мяч. А то и совсем спрятать. Смотришь, время пройдет, вы и выиграете, в) если вы играете в Киеве на стадионе «Динамо», бейте по мячу так, чтобы он перелетел через трибуну и закатился на Труханов остров, г) если на Стадионе имени Н. С. Хрущева, бейте так, чтобы мяч упал в Черниговской области! Вы выиграете!

Физ-культ-ура!

Лев Кассиль

ТУРЕЦКИЕ БУТСЫ

Пека Дементьев знаменит и поныне. А долгие годы он слыл одним из самых ловких, самых смелых и искусных футболистов Советского Союза. Где бы ни играли — в Москве, в Ленинграде, в Киеве или в Турции, — как только выходит, бывало, на зеленое поле Сборная команда СССР, все сейчас же принимаются кричать:

— Вон он! Вон Дементьев! Курносый такой, с вихром на лбу… Вон самый маленький! Ах, молодец Пека!

Узнать его было очень легко: самый маленький игрок Сборной СССР. Он едва до плеча всем доставал. Его и в команде никто не звал по фамилии — Дементьев или по имени Петр. Его все ласково звали Пекой. Пека, и все. А в Турции его прозвали «товарищ Тонтон». Тонтон — это значит по-турецки маленький. И как только выкатывался с мячом на поле Пека, сейчас же зрители начинали кричать:

— А, товарищ Тонтон! Браво, товарищ Тонтон! Чок гюзель — очень хорошо, товарищ Тонтон!

Так о Пеке и в турецких газетах писали: «Товарищ Тонтон забил отличный гол».

А если поставить товарища Тонтона рядом с турецким великаном Неждетом, которому он вбил в ворота мяч, Пека ему до пояса только достанет.

На поле во время игры Пека оказывался самым резвым и быстрым. Бегает, бывало, прыгает, обводит, удирает, догоняет — живчик. Мяч вертится в его ногах, бежит за ним, как собачка, юлит, кружится. Никак не отнимешь мяча у Пеки. Никому не угнаться за Пекой. Недаром считался он любимцем команды и зрителей.

— Давай, давай, Пека! Рви, Пека!

— Браво, товарищ Тонтон!

А дома, в вагоне, на корабле, в гостинице Пека был самым тихоньким. Сидит, обычно, молчит или спит. Мог двенадцать часов проспать, а потом двенадцать часов промолчать. Даже снов своих никому не рассказывал, как ни просили. Очень серьезным человеком прослыл наш Пека.

С бутсами ему только не повезло.