Читаем Шепот ужаса полностью

Я знаю тех, кто заплатил деньги за то, чтобы причинить этим детям боль. Я знаю клиентов публичных домов. Некоторые из них туристы, но большинство — местные. Это водители дешевых такси, полицейские, лавочники — словом, обычные люди. Единственная разница между ними — в очередности, согласно которой девочки достаются им. Первыми их получают государственные чиновники и крупные бизнесмены. А под конец, когда снять девочку стоит всего пять тысяч риелей — немногим менее доллара, — ею пользуются самые бедные. И неизвестно еще, что хуже.

Для меня нет мужчины более низкого, чем тот, кто прибегает к услугам проститутки. Они платят за то, чтобы насиловать женщин, молодых девушек и совсем еще маленьких девочек. Они жестоки: бьют, дают пощечины, кусают, как в тайских порнофильмах, которые продаются на каждом углу. Они возбуждаются при виде боли, которую испытывают другие. А еще некоторые уверены, что тем самым оказывают девушке услугу. На самом же деле это не что иное, как жестокость и насилие. Я много думала о том, почему в Камбодже такое отношение к женщинам и детям считается само собой разумеющимся.

Как получается, что личность другого ценится так низко? И ведь это по всей стране. Камбоджийцы жестоко пострадали в годы войны. Многие, особенно горожане, сосредоточились исключительно на себе. Если на дороге случилась авария, они не остановятся, не помогут. Ведь как они думают: остановишься, тебя же и обвинят, присудят штраф. И нельзя не признать — такое бывает.

Мужчины смотрят на женщин как на рабынь. В Камбодже так было всегда. Девочек учат быть стыдливыми, но ничего не рассказывают об их собственном теле; мужчины первый интимный опыт приобретают в публичном доме. В обращении с женщиной они знают только одно — насилие.

Я хочу хотя бы попытаться изменить это. В 1999 году Эмме Бонино удалось выделить нам средства на образовательную программу для мужчин. Мы обратились в Министерство обороны — объяснили, зачем это нужно, и получили разрешение читать лекции в военных лагерях и полицейских участках. В самый первый раз меня переспросили: «Что-что? Вы собираетесь говорить с ними о сексе? И вы не стыдитесь обсуждать такое? Вас это не смущает?» Конечно, смущает. Но если не я, то кто же?

С собой я взяла Чхенга, он у нас социальный работник. Начали лекцию с того, что рассказывали, как не заразиться СПИДом. Мужчины слушали с интересом. Они боялись заболеть, потому как эпидемия уже разгулялась вовсю. Начали мы с азов. Взяв банан, показали, как надевать презерватив. Говорили громко и четко, чтобы вовлечь и слушателей. Те начали задавать вопросы. И постепенно мы вышли на проблемы их взаимоотношений с женами.

Многие камбоджийские мужчины оправдывают свои посещения борделей тем, что жены неохотно исполняют супружеский долг. Мужчины говорят об этом открыто. Камбоджийские женщины приучены к тому, чтобы подчиняться, но в нашей культуре нет места идее о том, чтобы доставить удовольствие и женщине. Мужчины жалуются, что из-за пассивности жен в конце концов начинают испытывать к ним неприязнь. Традиция же предписывает женщине лежать неподвижно и молчать, пока муж делает свое дело. В результате несчастны оба.

Один мужчина признался, что жена сама отправила его к проституткам. Он никогда не видел свою жену обнаженной, никогда не видел ее грудь, даже когда та кормила детей. Если он пытался раздеть ее, она возражала: «Хочешь, чтобы было как в тех фильмах, отправляйся к шлюхам». Смеясь, тот мужчина говорил: «А эти молоденькие вьетнамочки, только-только прибывшие, они чудо как хороши, особенно когда разденутся! Полненькие, белокожие — прямо молочные поросята!»

Наши лекторы, Чхенг и другие, среди которых есть женщины, обсуждают эту тему прямо, без обиняков. Мы говорим с мужчинами о взаимном удовольствии и боли. Мы показали видеозапись, на которой маленькая девочка вспоминает, как ее насиловали — что с ней происходило и кто это делал. Иногда девочки из нашего центра рассказывают о том, что с ними сделали. Часто мужчины не выдерживают и плачут. Многие ходили к проституткам такого же возраста, как эта девочка, однако почему-то не задумывались о том, как обращаются с ними.

В первый месяц мы получили четыре сотни писем от мужчин, побывавших на лекциях. За два года лекционной работы мы встретились с тысячей мужчин, большинство из которых были солдатами и полицейскими. Им-то в первую очередь необходимо задумываться обо всем этом. Мы рассказывали им о том, что на самом деле представляют собой публичные дома, как они устроены. Польза была еще и в том, что у нас появилось несколько друзей из числа полицейских, пусть даже они и не занимали высоких должностей.

Чтобы нас пришли послушать, приходилось проделывать огромную работу, тратить невероятное количество энергии, разъезжая по бездорожью на постоянно ломающихся машинах. Но в 2000 году Эмма Бонино ушла со своего поста в Евросоюзе, и финансирование AFESIP прекратилось. Мы решили подождать лучших времен и тогда возобновить просветительскую программу.

* * *