Читаем Шепот души полностью

Мы ехали недолго, минут десять, мужчина читал бумаги, которые ему передали. Когда водитель ему сказал, что приехали, он забыл про меня и стал выходить из машины, но водитель ему напомнил, что с нами еще женщина приехала. Он повернулся ко мне, попросил меня написать на бумажке имя и фамилию моей дочери и курс. Он попросил водителя подождать и пошел навстречу какой-то женщине, которая его ждала на проходной. Он отдал ей бумаги и что-то ей наказывал, а она мотала головой и почти отходила от него. Он зашел на проходную, что-то объяснил охране, и мы беспрепятственно проехали через ворота. Когда мы вышли из машины, он увидел скамеечку и попросил меня посидеть и оглядеться по сторонам, и сказал, что на этой территории снимаются фильмы. «А можно погулять?» – спросила я. «Пожалуйста», – сказал он и отправился в здание. Я прошла по длинной улице, которая напоминала период моего довоенного детства; ларечки, магазинчики, бочки с квасом и автоматы с газированной водой, и так стало на душе тревожно. Тяжелое было время для тех, кто пережил Отечественную войну 1941-45 годов. Я подходила обратно к зданию, в которое вошел мужчина, и вскоре он появился в дверях. Он подошел и предложил познакомиться. Я представилась Галиной, и он ответил, что его зовут Вячеслав Викторович, и объяснил, что мы сейчас подъедем к павильону, в который вместе зайдем и поищем мою дочь. Мы снова сели в машину, поехали, и я стала с большим любопытством рассматривать улицы, на которых снимали фильмы. Вячеслав Викторович что-то обсуждал с водителем негромко, и я наслаждалась поездкой по территории Мосфильма. Машина остановилась около большого ангара, и Вячеслав Викторович вышел, открыл мне дверь, я вышла из машины, и мы пошли в здание, которое напоминало ангар. Я с трепетом заходила в него, но когда мы прошли по коридору шагов двадцать, вокруг меня стали мелькать какие-то занятые люди с разными предметами в руках. Вдруг какой-то мужчина подал руку Вячеславу Викторовичу, и он спросил у него, где снимается сегодня массовка. Мужчина показал на дверь недалеко от нас, куда заходили и выходили люди. Мы направились к этим дверям и вошли вовнутрь. Я оробела. Горел яркий свет, кто-то громко кричал, народ передвигался как в тумане в непонятной одежде. Я остановилась, Вячеслав Викторович взял меня под локоть, нашел мне стул, посадил меня на него и попросил никуда не передвигаться. Я следила за ним взглядом потерявшейся маленькой девочки и ждала, когда он вернется ко мне. Ангар – это был живой организм, который захватывал полностью. Я начала привыкать к обстановке и смотреть по сторонам. Вдруг я услышала голос дочери, которая кричала «мама» и бежала ко мне. Я встала, обняла ее, стала поздравлять с днем рождения и не могла на нее насмотреться. Вера спросила меня, знаю ли, с кем пришла, я ответила, что нет, что этот человек согласился подвезти меня от общежития до Мосфильма по просьбе вахтерши. Вера сказала, что он является главным режиссером этого фильма, где сейчас снимается их курс в массовке. Я посмотрела в сторону Вячеслава Викторовича и сказала Вере, что он, видимо, порядочный человек, раз так поступил. Вера сказала, что долго мы разговаривать не будем, как Вячеслав Викторович подойдет к нам, она сразу побежит на место съемки. Я спросила, как у нее дела, Верочка ответила, что все хорошо, и что я могу не беспокоиться. Я сказала, что не могу, и что писать она должна чаще, но Верочка меня уже целовала в щеку и отбегала от меня. Я повернулась и увидела Вячеслава Викторовича, который в моих глазах увидел слезы и попросил меня не плакать. Он снова взял меня под руку, и мы вышли из помещения. Мы шли по коридору, и я вытирала платком слезы. Когда мы вышли и пошли к машине, я сказала Вячеславу Викторовичу, что доберусь сама, но он почему-то сам сел за руль и открыл мне дверь, и сказал, что он обязан меня довезти до проходной и расписаться в журнале, что посторонних на территории «Мосфильма» нет.