Читаем Шепот души полностью

Часть первая

Дочка Вера уже второй год учится в Москве в театральном училище имени Щукина. Домой, в деревню Сидоровка, уже полтора года не приезжает. Я – мама, Галина Николаевна, деревенский житель, в детстве жила в селе Медведково, а когда вышла замуж, переехала в деревню. Муж умер три года назад, а я так и осталась жить в этой деревне. Я долго не видела дочку, соскучилась по ней и приняла решение на ее день рождения съездить в город Москву – отвезти ей подарки и деньги ко дню рождения и повидаться, если удастся. Через большое село Медведково шла электричка до города Малоярославца, а потом я пересаживалась на электричку до города Москвы. Весь путь занимал пять часов, решение было принято, и утром я отправилась с сумками в путь.

Уходили всё дальше и дальше коварные ветреные дни, и в деревне весна шумела вокруг нас. Она пенилась и журчала по ручьям и пригоркам, неспокойна ворочалась река, омывая берега и набирая силу. Деревья и кусты стояли по колено в воде, было уже начало мая.

Я отправляла дочери письма, получила несколько писем от нее, и адрес у меня был. Подруги мои, Лидия и Мария, подсказали, что это недалеко от Арбата, и я однажды дозвонилась до общежития, и мне вахтер ответила, что это здание находится между двумя арбатскими улицами, Новым и Старым Арбатом. Веры на месте не оказывалось, когда бы я не звонила, видимо, в практике вахтеров не было приглашать студентов к телефону, и у меня был только адрес.

Я решила поехать в общежитие, по крайней мере, оставлю сумки с гостинцами и деньги у вахтера, погуляю по Москве, пока жду конца ее занятий. Я добралась до вокзала, от которого шли электрички до Москвы, купила билет и журналы «Работница» и «Крестьянка» и села в вагон. Через час напротив меня села приятной наружности женщина, и мы с ней разговорились о том, кто куда едет. Мы обе были одеты добротно, как говорится, все лучшее надели в большой город – на мне были почти новые туфли и прямая строгая черная юбка. Кофта с пиджаком, в которой я выступала на лекциях в библиотеке, где работала уже лет пятнадцать. Единственное, что мне бы хотелось, поменять сумку, что я и надеялась сделать в Москве. Тамара, которая сидела напротив меня, одета была примерно в таком же ключе, и я рассказала ей, что еду к дочери в общежитие и хочу передать ей сумку с едой и подарками. Тамара сказала, что едет в головное предприятие с отчетом, и мы за разговорами доехали быстро.

Вместе вошли в метро, она мне показала линию, на которую я должна была попасть, чтобы оказаться на метро «Арбатская», и я поехала искать дочь.

Когда я оказалась на метро «Арбатской» и вошла во дворы, в городе было сухо и за асфальтом не чувствовалось весны, только во дворах негромко пели птицы. Я тихо пошла по старому Арбату, вспоминая, как лет двадцать назад я была здесь со школьными подругами и одним взрослым, который нас сопровождал в поездке по Москве. Позже нас сопровождающий оставил на несколько часов, мы сами гуляли в большом городском парке и после добирались до вокзала, где и встретились все вместе и отправились на свою электричку. В парке я встретила на качелях мальчика Славу, который первый заговорил со мной, и часа два он бродил и катался на каруселях вместе с нами. Он был москвич, и ему было скучно одному, и он с удовольствием провел с нами время. Когда мы прощались, мы обменялись адресами и потом писали небольшие письма друг другу. Встретиться нам не удалось, а потом я уехала учиться в библиотечный техникум, и связь прервалась. После окончания техникума я вышла замуж, родила дочку и вот теперь еду повидать ее и поздравить с днем рождения.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Я хочу быть тобой
Я хочу быть тобой

— Зайка! — я бросаюсь к ней, — что случилось? Племяшка рыдает во весь голос, отворачивается от меня, но я ловлю ее за плечи. Смотрю в зареванные несчастные глаза. — Что случилась, милая? Поговори со мной, пожалуйста. Она всхлипывает и, захлебываясь слезами, стонет: — Я потеряла ребенка. У меня шок. — Как…когда… Я не знала, что ты беременна. — Уже нет, — воет она, впиваясь пальцами в свой плоский живот, — уже нет. Бедная. — Что говорит отец ребенка? Кто он вообще? — Он… — Зайка качает головой и, закусив трясущиеся губы, смотрит мне за спину. Я оборачиваюсь и сердце спотыкается, дает сбой. На пороге стоит мой муж. И у него такое выражение лица, что сомнений нет. Виновен.   История Милы из книги «Я хочу твоего мужа».

Маргарита Дюжева

Современные любовные романы / Проза / Самиздат, сетевая литература / Современная проза / Романы
Оптимистка (ЛП)
Оптимистка (ЛП)

Секреты. Они есть у каждого. Большие и маленькие. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит. Жизнь Кейт Седжвик никак нельзя назвать обычной. Она пережила тяжелые испытания и трагедию, но не смотря на это сохранила веселость и жизнерадостность. (Вот почему лучший друг Гас называет ее Оптимисткой). Кейт - волевая, забавная, умная и музыкально одаренная девушка. Она никогда не верила в любовь. Поэтому, когда Кейт покидает Сан Диего для учебы в колледже, в маленьком городке Грант в Миннесоте, меньше всего она ожидает влюбиться в Келлера Бэнкса. Их тянет друг к другу. Но у обоих есть причины сопротивляться этому. У обоих есть секреты. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит.

Ким Холден , Холден Ким , КНИГОЗАВИСИМЫЕ Группа

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Романы
Шаг влево, шаг вправо
Шаг влево, шаг вправо

Много лет назад бывший следователь Степанов совершил должностное преступление. Добрый поступок, когда он из жалости выгородил беременную соучастницу грабителей в деле о краже раритетов из музея, сейчас «аукнулся» бедой. Двадцать лет пролежали в тайнике у следователя старинные песочные часы и золотой футляр для молитвослова, полученные им в качестве «моральной компенсации» за беспокойство, и вот – сейф взломан, ценности бесследно исчезли… Приглашенная Степановым частный детектив Татьяна Иванова обнаруживает на одном из сайтов в Интернете объявление: некто предлагает купить старинный футляр для молитвенника. Кто же похитил музейные экспонаты из тайника – это и предстоит выяснить Татьяне Ивановой. И, конечно, желательно обнаружить и сами ценности, при этом таким образом, чтобы не пострадала репутация старого следователя…

Марина Серова , Марина С. Серова

Детективы / Проза / Рассказ