Читаем Щит полностью

Судя по этому, я предполагала, что Нензи орал на Териана через Барьер.

Мгновение спустя я вспомнила, где мы находились.

— Щиты? — пробормотала я.

Весь Белый Дом был покрыт плотными Барьерными щитами, поддерживаемыми несколькими дюжинами видящих в штате Пентагона и Секретной службы. Нензи вообще не должен дотянуться до Териана через весь этот лабиринт.

— Боюсь, они практически бесполезны против него, — пробормотал Териан, скрещивая руки перед собой. Он посмотрел на потолок лифта, слегка покачиваясь на пятках, пока мы спускались. — Я пытаюсь с этим разобраться. Похоже, ему известно, как полностью обойти щиты. Я думал, что он, возможно, поможет мне создать своего рода улучшение…

— Мне прямо не терпится посмотреть, как твоя башка взорвётся, — сказала я.

Териан взглянул на меня, вскинув бровь.

Затем он усмехнулся вслух.

— Тогда, наверное, хорошо, что у меня есть несколько запасных, — он улыбнулся ещё шире, затем подмигнул. — Однако я бы не торопился аплодировать смерти этого тела, Элисон. Думаю, ты предпочла бы его нескольким альтернативам.

Прислонившись к стене лифта, я бросила на него скучающий взгляд и закатила глаза.

И все же его комментарий заставил меня понервничать, возрождая воспоминания, которые я предпочла бы подавить. Посмотрев вниз, я повозилась с наручниками. Это самый близкий намёк на угрозу с его стороны после отъезда из Индии, по крайней мере, в плане изнасилования.

Нензи предельно ясно дал понять, что я недоступна ни для кого, ни для человека, ни для видящего, вопреки множеству предложений денег и других взяток скандинаву за несколько часов наедине со мной.

Териан нарушил правило Нензи лишь однажды, примерно через два дня после моего пленения. Выдав ребёнку какую-то отговорку про медицинские тесты, он забрал меня в изолированную комнату из органической стали, через которую, видимо, даже Нензи не мог ничего видеть, и продержал меня там несколько часов.

Хорошие новости — я была в ошейнике.

Одного раза оказалось достаточно.

Конечно, я подумывала сказать Нензи.

Териан сказал мне, что случится, если я так поступлю. Угроза оказалась простой, но эффективной. Он скажет Нензи, что мы с Ревиком не завершили процесс образования связи.

Тогда Нензи выследит и убьёт Ревика.

Нензи не мог прочесть меня через ошейник. Я вынуждена была предположить, что Териан мог удержать Нензи подальше от своего разума. Я бы сказала, что в основном он добился этого, переместив любые инкриминирующие воспоминания из одного тела в другое и скрыв их от Нензи.

В любом случае, я не могла рисковать, особенно зная, что Ревик, если он все ещё жив, скорее всего, уже на пути сюда — и я не знала, сколько ещё тел Териана маячит поблизости. Если их больше одного, то убийство этого тела не принесёт мне никакой пользы.

Однако это не значит, что я не думала об этом и не представляла, как будут выглядеть мозги Териана, разлетевшиеся кусками по тусклым обоям Овального Кабинета.

И все же я легко отделалась, и я это понимала.

Если бы здесь не было Нензи, я бы сейчас проходила через то, что вытерпела Касс… и даже хуже, потому что Териан захотел бы сделать это публичным для Ревика. Он сдавал бы меня напрокат каждому неудачнику в Белом Доме, у которого нашлось бы несколько долларов, а затем позволил бы слухам и кадрам видеосъёмки просочиться прямо в новости.

Мы добрались до низа шахты лифта.

Двери издали тихий сигнал. После паузы, в течение которой механизм безопасности сканировал нас во второй раз, двери открыли перед нами тускло освещённый безликий коридор.

Териан гостеприимным жестом показал на открывшийся проем.

Я вышла вперёд него, и он позволил мне идти первой, сжав мою руку только перед тем, как мы вошли в комнату в конце туннеля с низкими потолками.

Большую часть прямоугольного пространства занимал овальный стол.

Вокруг него сидела группа людей в деловых костюмах, занимавших почти все кожаные кресла с высокими спинками. Я все ещё стояла там, чувствуя себя, как собачка на выставке, когда Веллингтон поднялся со своего места во главе стола. Улыбнувшись, он показал на два свободных места.

— Присоединяйтесь к нам, — гостеприимно сказал он.

Я села туда, куда показал видящий-скандинав.

Я избегала взгляда пятидесяти-с-чем-то-летнего человеческого мужчины, который открыто уставился на меня.

Я не могла понять, выражал ли его взгляд отвращение или какое-то сочетание отвращения и похоти. Чем дольше он смотрел на меня, тем сильнее багровело его покрасневшее лицо. Его взгляд метался от моей груди к лицу и обратно. Я взглянула на вице-президента, пожилого мужчину с седыми волосами, который сидел слева от Веллингтона.

Его оценивающий взгляд оказался не таким неоднозначным.

Супер. Меня окружают возбуждённые расисты-люди.

Лицо Веллингтона послужило почти облегчением после того, как я посмотрела на остальных.

— Итак, — сказала я. — Что на ужин?

Комната притихла ещё сильнее, если такое вообще возможно.

Затем Веллингтон разразился смехом, который прозвучал искренним.

Сидевшая с ним человеческая женщина средних лет, с темными волосами и глазами орехового цвета, засмеялась вместе с ним. И скандинав тоже.