Читаем Щит полностью

В его мыслях всплыла Тарси.

В эти дни она не была солдатом, но его варианты ограничены.

Реальность заключалась в том, что у Ревика больше не осталось много друзей в Индии или Китае. Он вообще не проводил время в Азии после его «реабилитации». То недолгое время, что он провёл в Азии после ухода из Шулеров, он пробыл в пещерах с монахами-затворниками, пока с его разумом и светом творился настоящий ад, и лишь Вэш ежемесячно навещал его, чтобы наблюдать за прогрессом.

Он определённо не обзавёлся друзьями.

Те годы состояли из медитаций и реструктуризации его света, в основном под бдительным оком секты монахов, которые редко говорили с ним, за некоторыми исключениями.

Когда та фаза его реабилитации закончилась, Вэш тут же перенаправил его — поначалу в Россию, где Ревик прожил несколько лет в одиночестве. В то время Вэш преподнёс это как часть его искупления грехов, так что Ревик не чувствовал себя вправе отказаться. Он вышел из пещер Памира меньше недели назад, когда ему вручили новый паспорт и билет на автобус до Дели, а оттуда он улетел в Берлин, а затем в Москву, где ему уже организовали жилье.

После России он тоже не вернулся в Азию, а из Москвы улетел прямиком в Соединённое Королевство. В то время его наблюдение за Элли требовало больше работы на месте, а значит, он должен был находиться под рукой, но не настолько близко, чтобы Шулеры нашли Элли через него. Семёрка нашла ему оплачиваемое место в Лондоне, работу на людей.

После этого он до сих пор не возвращался в Азию.

Галейт тоже поручал ему мало работы в Азии, насколько помнилось Ревику. Ну, если не считать Вьетнама, но и то это была непродолжительная поездка, большую часть которой он провёл под землёй, занимаясь допросами.

Вскоре после ухода из тех пещер, Ревику официально поручили защищать Элли, так что отчасти дело было в этом. Они не хотели, чтобы внешне выглядело, будто он занимается чем-то важным, и тем более работает на самого Вэша. Они поощряли его сохранять видимость более «нормальной» жизни видящего, не связанного ни с Семёркой, ни с Шулерами. Эта жизнь подразумевала в основном оплачиваемый секс, работу на людей, время от времени работу разведчика, иногда путешествия с целью отдыха, и немного общения с другими видящими.

Иными словами, ничего, что привлекало бы к нему внимание.

Вэш не озвучивал прямого запрета на возвращение в Азию, но усиленно намекал, что Ревику здесь не рады. Ему определённо не были рады в Сиртауне, но ему также усиленно не рекомендовали посещать любую другую часть Индии, Китая или Юго-Восточной Азии.

В итоге Вэш захотел, чтобы он не совался в Россию или даже в Восточную Европу, даже просто для визита.

При необходимости Ревик встречался с Вэшем в Барьере, внутри одной из множества конструкций Вэша.

Когда Ревику не сиделось на месте, он направлялся на запад, не на восток.

Он старался не принимать это близко к сердцу.

Должно быть, разрешить ему вернуться стало спорным вопросом, учитывая, кто он такой. Ревик знал — его выбрали охранять Элли отчасти потому, что никто бы и не поверил, что Вэш поручит ему такое важное обязательство. И ещё сама Элли. Её безопасность должна была стать приоритетной задачей, а также необходимость сохранить её саму и её защиту в тайне. Охранника нельзя было выбрать из регулярного состава приближенных Вэша, иначе кто-то мог присмотреться к нему поближе.

Прикрытие работало хорошо. Никто не совался к нему на протяжении многих лет. Он исправно работал на людей, и это тоже казалось ему уместным.

Ревик очнулся, когда чалая кобыла плюхнулась в поток.

Вскинув голову, он с тревогой осмотрелся по сторонам и осознал, что задремал. Видящий со шрамом на лице, сидевший на лошади, которая шла рядом с чалой, наблюдал за ним с любопытством в темных глазах.

После небольшой паузы мужчина широко улыбнулся, неопределённым жестом показывая на пах Ревика.

— Женат? — спросил он, усмехаясь. — Хороша, а? Мост?

Ревик уставился на видящего пустым взглядом. Подавив тот ответ, который ему хотелось бы озвучить, он снял фляжку с ремня и отпил большой глоток воды. Его немного лихорадило. Он не мог позволить себе заболеть, ни по какой причине.

«Сколько ещё?» — спросил он у лидера.

«Недолго, Маленький. Теперь уже недолго».

«Куда мы направляемся?»

«Недалеко. Они уже ждут тебя».

«Ждут меня? — Ревик ощутил слабый проблеск надежды. — Кто? Адипан?»

Мужчина сделал рукой жест «более-менее». «Некоторые из Адипана. Мы спасаем, кого можем. Из достойных».

— Достойных? — сказал Ревик вслух. Он постарался сохранять нейтральный тон. — Разве не все мы достойны… друг?

Лидер улыбнулся. «Нельзя спасти всех, маленький брат. Нельзя сделать яичницу, не разбив яйца, так и с войной, да? Держи взгляд на конечной точке».