Читаем Шара полностью

Я эту гадость обхожу стороной, ничто не заставит меня участвовать в подобном сатанинском действе, но для многих дьявольская забава стала утехой, в том числе и для твоей обожаемой Саши, которая, судя по твоим рассказам, славится высокоморальными принципами и нравственностью, что совершенно не вяжется с бесовскими развлечениями в салоне у немки.

Максимушка рассказывает о Мадлен как о прекрасной артистке, которая устраивает занимательные представления, однако особо впечатлительные гости от ее чудачеств натурально грохаются в обморок.

Максим Николаевич был словоохотлив и поведал еще один любопытнейший эпизод: он сказал, что Саша связана с Латирокой, что само по себе неслыханно и выходит за рамки понимания ее роли и связей.

С его слов, их дважды за прошедший сезон видели в ложе Мариинского театра, при этом его Высокопревосходительство был весьма трепетен и нежен, а графиня держалась непринужденно и легко, ничем не выдавая своего расположения.

Господа Ренинский и Латирока – крупнейшие фигуры в государстве; говорить о них следует шепотом, оборачиваясь и бесконечно прячась.

Горюю из-за твоей глупости и грешной карточной страсти, что подтолкнула ввязаться в эту лихую заваруху.

Насколько я понял, твои руководители – тоже весьма серьезные люди, хотя и не настолько, как Сашины благодетели. Если, как они утверждают, она государственная изменница, то это дело со всех сторон оборачивается полным крахом.

Вероятно, я дурак, но отчего-то хочу верить в настоящую любовь и в то, что неподдельные чувства могут всё исправить. С твоих слов, твоя любовь к графине настолько искренна и глубока, что всё должно завершиться благополучно.

Я не знаю, как бы поступил на твоем месте, но могу предположить, что, если бы мне хватило мужества, я бы покаялся во всем любимой женщине, рассказав ей всё как есть.

И если она, как ты утверждаешь, мудра, то смогла бы оценить хотя бы этот самоотверженный поступок, признав, как нелегко тебе было решаться каждый раз совершать неблаговидные доносы, учитывая твои чувства к ней. Меж тем я помышляю наивно, глупо и по-мальчишечьи беспечно, а у Саши наверняка на это свое собственное мнение, и она, безусловно, имеет на это полное право, как фигура, относительно которой совершались возмутительные действия с твоей стороны. Но, всё же давай оставим ей шанс думать точно так же, как и я, что значительно облегчит твою решимость в признании.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Трезориум
Трезориум

«Трезориум» — четвертая книга серии «Семейный альбом» Бориса Акунина. Действие разворачивается в Польше и Германии в последние дни Второй мировой войны. История начинается в одном из множества эшелонов, разбросанных по Советскому Союзу и Европе. Один из них движется к польской станции Оппельн, где расположился штаб Второго Украинского фронта. Здесь среди сотен солдат и командующего состава находится семнадцатилетний парень Рэм. Служить он пошел не столько из-за глупого героизма, сколько из холодного расчета. Окончил десятилетку, записался на ускоренный курс в военно-пехотное училище в надежде, что к моменту выпуска война уже закончится. Но она не закончилась. Знал бы Рэм, что таких «зеленых», как он, отправляют в самые гиблые места… Ведь их не жалко, с такими не церемонятся. Возможно, благие намерения парня сведут его в могилу раньше времени. А пока единственное, что ему остается, — двигаться вперед вместе с большим эшелоном, слушать чужие истории и ждать прибытия в пункт назначения, где решится его судьба и судьба его родины. Параллельно Борис Акунин знакомит нас еще с несколькими сюжетами, которые так или иначе связаны с войной и ведут к ее завершению. Не все герои переживут последние дни Второй мировой, но каждый внесет свой вклад в историю СССР и всей Европы…

Борис Акунин

Историческая проза / Историческая литература / Документальное
Дикое поле
Дикое поле

Роман «Дикое поле» принадлежит перу Вадима Андреева, уже известного читателям по мемуарной повести «Детство», посвященной его отцу — писателю Леониду Андрееву.В годы, когда Франция была оккупирована немецкими фашистами, Вадим Леонидович Андреев жил на острове Олерон, участвовал во французском Сопротивлении. Написанный на материале событий того времени роман «Дикое поле», разумеется, не представляет собой документальной хроники этих событий; герои романа — собирательные образы, воплотившие в себе черты различных участников Сопротивления, товарищей автора по борьбе, завершившейся двадцать лет назад освобождением Франции от гитлеровских оккупантов.

Василий Владимирович Веденеев , Андрей Анатольевич Посняков , Вадим Леонидович Андреев , Вадим Андреев , Александр Дмитриевич Прозоров , Дмитрий Владимирович Каркошкин

Биографии и Мемуары / Приключения / Проза / Русская классическая проза / Фантастика / Попаданцы / Историческая литература / Документальное