Читаем Шансон для братвы полностью

На роль “эмиссара по стеклу” выбрали Паниковского. Его прикрывал Ди-Ди Севен, большой специалист в смысле наружного наблюдения и заметания следов, получивший свою кликуху по названию универсального пятновыводителя. Паниковский изображал пьяницу-строителя, который тиснул* коробку ампул во время ремонта крыши аптечного склада. Цена партии равнялась стоимости ящика водки. Прибыль “промежуточного покупателя” обещала быть фантастической. Все наклейки на товаре, естественно, были заменены на изготовленные “господином оформителем” Гугуцэ на лазерном принтере. Они извещали о месте производства препарата – Республика Молдова. Поди проверь! Впрочем, задумались и о моральной стороне дела, и философски настроенный Ортопед выдвинул мысль – у каждого своя карма – С ним все согласились.

– А они не успеют все распродать? – не успокаивалась жена.

– Ну и что? Нормальные люди морфин на улице не покупают. А в команде “уголка” этого почти все наркуши. Сразу себе на халяву вломят и двойной эффект. Прям “Вош энд тоу” – вколол и зажмурился!

– А проверять не будут?

– Будут. Но позже. Паниковского кинут, как пить дать, денег он не получит. Но мы же не корысти ради, а токмо волею пославшего нас Игоряна…

– Смотрите, полрайона не угробьте…

– Ну и что? – Денис опять цинично улыбнулся. – Даже если и помрет сотня-другая наркушников, убытка не будет. Не переживай, им на смену новые явятся. Никто им насильно ничего не вкалывает. Любишь на дурмашинке* кататься, люби и ногами вперед ехать. Естественный отбор, по Дарвину…

– Ага, а вы – санитары общества!

– Верно, группа добровольных помощников Управления по борьбе с наркотиками… Недоделко должен медали вручить, проблесковые маячки на машины поставим.

– По-моему, они и так стоят.

– Так нелегально же! А тут – все официально, перечеркнутый куст марихуаны на дверцах нарисуем. Красота!

С легкой руки Дениса Антифашист с Глюком почти неделю резвились в Петроградском районе.

В РУВД царило оживление. На проспекте Медиков экипажи патрульно-постовой службы были жестко ориентированы на усиленный поиск придурков, с завидной регулярностью заклеивающих по ночам на дорожных указателях первую букву названия проспекта здоровыми липкими квадратами, на которых была четко пропечатана буковка “По. Видимо, обстановка в районе по другим правонарушениям была настолько спокойной, что иных дел у патрульных не было.

Три дня поиски велись безрезультатно, только на четвертую ночь одинокий участковый наткнулся-таки на деяние, находящееся в процессе совершения. Разбуженные дикими криками жильцы окрестных домов вызвали наряд, и те обнаружили коллегу, привязанного веревкой к столбу с “обновленными указателем, в двух метрах от земли и с табличкой на груди “Не влезай – убьет!”, сорванной с соседнего электрощита.

Глюк с Антифашистом считали шутку очень остроумной и давились от хохота в парадном напротив.

После пережитого участковый еще час страдал глоссолалией *, и угомонить его было сложно. Дело о нападении на сотрудника милиции было передано следователю прокуратуры Поляковой и находилось под контролем прокурора района Дедкина, но расследовать его было практически невозможно. Показания потерпевшего о появлении из мрака ночи двух “культуристов-ниндзей” не лезли ни в какие ворота. К тому же следователь не всегда понимала захлебывающуюся речь “терпилы”, ставшего отчего-то нервным и раздражительным.

В результате следствие пришло к выводу, что сам несчастный участковый и виноват – нажрался как свинья и “самопривязался к столбу”. Несмотря на идиотизм заключения, оно было подписано районным прокурором, и дело отправилось в архив. Участковому влепили выговор, он не стерпел, уволился и уехал к себе на родину, в далекий Алтайский поселок.

Полякова же продолжила свою нелегкую работу на ниве охраны Закона от посягательств на него граждан.

К слову сказать, “наркобарон”, проживавший по соседству, тоже не был в восторге от новаторов, переименовывавших улицы. Объяснения с клиентами, как к нему добраться, теперь походили на форменное издевательство. Уже несколько человек за глаза называли его “педагогом”.

В субботу Денис обошел дворы неподалеку от Казанского собора, полазал по подвалам и в одном из них обнаружил вожделенный люк. Тот явно вел в теплотрассу или еще какой-нибудь подземный ход. Судя по расположению дома, система коммуникаций у него должна была быть общей с собором. Рыбаков подумал, что под землей ему бы не помешали крепкие высокие ботинки, и поехал за ними в магазин к Виталику Жордания.

Увидев приятеля, тот страшно обрадовался и потащил Дениса обедать в “Пиццу-Экспресс”. Ни о каких ботинках до трапезы гостеприимный “обувной король” говорить не желал.

– Редко видимся, нехорошо это, – поднял бокал сока Виталий.

– Резонно, – согласился гость, – у меня дел – вагон, у тебя – тоже. Кто ж вместо нас семью кормить будет?

– Это да! Я тоже мечусь туда-сюда, в Турцию, Италию, не остановиться. Расширять дело хочу, помещение уже подыскал, филиал магазина открою.

– Опять обувь?

– Нет, на этот раз – костюмчики, рубашечки и аксессуары разные…