Читаем Шамиль полностью

Жители аулов Чирката, Шабута, Кикуни, Гуниб, Тлох, Муни, Хиндах добывали и поставляли серу. Во время войны на площади любого аула можно было увидеть громадный камень с довольно большим углублением в середине — своеобразную общественную ступу. Пожелавший изготовить порох клал в углубление серу, селитру и уголь в определенных пропорциях, затем опускал каменный пест с деревянным рычагом. Несколько человек начинали вращать рычаг до тех пор, пока содержимое не превращалось в порошок. Облив его водой, получали тестообразную массу. Ее клали в мешок, сшитый из подбрюшной кожи барана. Несколько человек вращали мешок. В результате из теста образовывались мелкие зерна. Их пропускали через решето, чтобы еще более размельчить. Приготовленный таким образом порох имел буро–зеленый цвет и при определенной сухости мог быть использован.

У Шамиля имелись и заводы по изготовлению пороха в Унцукуле, Гунибе, Ведено. Веденским заводом управлял Джабраил–Хаджио, который, по собственному признанию, научился искусству изготовления пороха во время путешествия в Мекку. Завод представлял из себя двухэтажный сарай. На верхнем этаже находилось несколько деревянных жерновов, приводившихся в движение с помощью воды. Здесь сера, селитра и уголь стирались в порошок. А на нижнем этаже в ступах посредством рычагов измельченные частицы обращались в мягкую массу.

«Заводской порох мало чем отличался от тего, что сами горцы выделывали в аулах. В случае надобности Шамиль из государственных запасов отпускал его в тот или другой район», — писал личный секретарь Шамиля.

Горцы использовали и боевые гранаты царского производства. Как-то Шамиль рассказывал, что во время осады Чоха он наполнил 3 дома ядрами, взятыми у противника.

Большую помощь оказывали старики и старухи. Обходя места сражений, они собирали ядра и гранаты. Имам давал им за каждое ядро 10 копеек серебром. Железо и сталь удавалось добывать главным образом в царских крепостях. Например, в 1842 году очень много железа захватили горцы у противника в Ичкерийских лесах. «Этого железа было так много, — сообщает С. К. Бушуев, — что горцы редко ощущали в нем недостаток»[16].

На ядра шла мелкая посуда, имевшаяся в любой сакле горцев. Таким образом каждый аул мог дать в среднем от 300 до 500 шестифунтовых ядер. В 40–е годы у Шамиля имелось около 10 тысяч пудов меди.

Ядра и пули отливали и сами горцы. Пули изготовляли из меди или из сплава меди и свинца. Они и размером и весом были вдвое, меньше тех, что имелись у противника. Иногда приходилось во время боя изготавливать каменные ядра и метать их во врага. Бывали и совсем курьезные случаи. В Чечне, а однажды и в Буртунае, артиллеристы Шамиля стреляли осколками топоров и других железных инструментов.

Из чугунных орудий, брошенных царскими войсками в Хунзахе, также изготовляли ядра. Горцы с почтением относились к пушке и называли ее «тысяча воинов».

В Унцукуле жил кузнец по имени Джабраил, посетивший некогда Константинополь и Мекку. Вернувшись на родину, Джабраил встретился с имамом и заявил о своей готовности отливать пушки из чугуна. Шамиль сомневался в удаче, но дал разрешение на опыты. Вскоре первая пушка была отлита. Оставалось испробовать. На длинном шесте из-за укрытия поднесли зажженный фитиль к стволу. Раздался выстрел. Ствол разорвался пополам. Естественно, что Джабраил был очень огорчен. Если на первых порах Шамиль скептически относился к предложению унцукуль–ца, то теперь при неудаче имам, как пишет Мухаммед–Тахир, «поклялся тут же, что добьется успеха и не пожалеет расходов.»

Второе орудие оказалось удачным. Его сейчас же отправили, чтобы использовать в бою. Одну пушку, по словам Шамиля, изготовляли две недели. Всего за годы войны было отлито 50 пушек, но годными оказалось только 14.

Шамиль создал единую государственную казну. Для пополнения ее брали десятую часть с доходов, которые дает земля, и одного из 50 баранов (если в стаде их было меньше 50, то хозяин освобождался от налога). С 10 рублей взималось 50 копеек. Пятая часть добычи на войне, столько же денег, вырученных за пленных, также шли в казну, кроме того, в казну поступали деньги в виде разного рода штрафов и имущество казненных. Поступало в казну имущество погибших воинов, не оставивших потомства. Деньги забирал казначей Шамиля Хаджио, а продукты оставались у наибов, которые должны были делить их между бедными, беречь на случай осады, отправлять с уходящими в поход и т. д. В казну перешли и конфискованные у ханов и беков земельные угодья.

Наибольшая часть средств государства расходовалась на военные нужды.

И если имамат продержался 25 лет, то одной из причин этого была бережливость Шамиля. Он сократил общественные и личные расходы, а тех, кто покушался на народное добро, строго карал.