Читаем Шамал. Том 1 полностью

– Не за что. Эти люди не знали. Их не в чем винить. – Он опять посмотрел на Мануэлу; взгляд его темных глаз был пронзительным. – Ваша женщина, пилот? – спросил он.

– Моя жена, – ответил Старк.

– Моя жена мертва. Погибла в абаданском пожаре вместе с двумя моими сыновьями. Такова была воля Божья.

– Иногда воля Божья бывает невыносима.

– Воля Божья есть воля Божья. Нам следует завершить разгрузку.

– Да. – Старк забрался в вертолет. Опасность миновала лишь на время, поскольку Затаки был непредсказуем, как нитроглицерин. Еще двое раненых были пристегнуты к креслам, двое других лежали на носилках. Он опустился на колени возле одного из них. – Как дела, старина? – тихо спросил он по-английски.

Джон Тайрер открыл глаза и сморщился, его голова была обмотана пропитавшимся кровью бинтом.

– О'кей… да, о'кей. А что… что произошло?

– Ты можешь видеть?

Тайрер словно удивился. Он пристально посмотрел на Старка, потом потер глаза и лоб. Потом, к облегчению Старка, сказал:

– Конечно, это… ты чуть-чуть расплывчатым получаешься, и башка болит, как черт знает что, но я тебя вижу нормально. Конечно, я тебя вижу, Дюк. Что, черт подери, произошло?

– Во время контрнаступлений федаин сегодня утром, на рассвете, ты где-то угодил под перекрестный огонь. Пуля задела тебя сбоку по голове, и когда ты поднялся, ты принялся бегать кругами, как безголовый цыпленок, и все кричал: «Я ничего не вижу, я ничего не вижу». Потом рухнул как подкошенный, и вот только сейчас пришел в себя.

– С тех самых пор? Черт подери! – Американец выглянул через дверь наружу. – А где мы сейчас?

– В Ковиссе. Я подумал, что лучше будет тебя и остальных поскорее доставить сюда.

Тайрер все еще потрясенно оглядывался.

– Ничего не помню. Совсем ничего. Федаин? Ради бога, Дюк, я даже не помню, как меня доставили на борт!

– Держись, старина. Я потом объясню. – Он повернулся и крикнул: – Фредди, найди кого-нибудь доставить Джона Тайрера к врачу, – добавив на фарси Затаки, который наблюдал за ним из дверного проема: – Ваше превосходительство Затаки, пожалуйста, попросите отнести ваших людей в лазарет. – Он помедлил секунду. – Мой заместитель, капитан Эйр, позаботится о том, чтобы всех накормили. Вы бы не хотели поужинать со мной? У меня дома?

Затаки улыбнулся странной улыбкой и покачал головой.

– Спасибо, пилот, – сказал он по-английски. – Я поем со своими людьми. Сегодня вечером нам нужно будет поговорить, вам и мне.

– Когда пожелаете. – Старк спрыгнул на площадку. Иранцы начали относить раненых. Он показал рукой на свое бунгало. – Это мой дом, вы в нем желанный гость, ваше превосходительство.

Затаки поблагодарил его и удалился, тычками подгоняя перед собой сержанта Вазари.

Эйр и Мануэла присоединились к Старку. Она взяла его за руку.

– Когда он нажал на курок, мне показалось… – она слабо улыбнулась, перешла на фарси. – Ах, возлюбленный, каким хорошим стал день, когда ты остался невредимым и теперь стоишь рядом со мной.

– А ты рядом со мной. – Старк улыбнулся ей.

– Что произошло? В Бендер-Деламе? – спросила она по-английски.

– Настоящая, черт возьми, битва между Затаки и его людьми и примерно пятью десятками левых на базе. Вчера Затаки захватил базу во имя Хомейни и революции – у меня с ним вышла небольшая стычка, когда я туда прибыл в первый раз, но сейчас он вроде бы нормально ко мне относится, хотя форменный псих, опасный, как гремучая змея. В общем, на рассвете левые федаин атаковали аэропорт на грузовиках и в пешем строю. Затаки спал со всеми своими людьми, часовых они не выставили, вообще ничего… ты слышала, что генералы капитулировали, и Хомейни теперь главный военачальник?

– Да, мы как раз только что об этом узнали.

– Когда я понял, что на нас напали, это было как будто вокруг нас весь ад взбесился, пули отовсюду, стенки трейлеров пробивают насквозь. Я, ну ты меня знаешь, я сразу нырнул на пол, кое-как из трейлера выбрался… Ты замерзла, милая?

– Нет-нет, дорогой. Пойдем домой… я бы тоже сейчас чего-нибудь выпила… о Боже!

– Что такое?

Но она уже бежала к дому.

– Чили… я оставила чили на плите!

– Господи Иисусе! – пробормотал Эйр. – Я уж думал, нас сейчас пристрелят или еще что-нибудь такое.

Старк улыбался во весь рот.

– Так у нас чили?

– Да. Бендер-Делам.