Читаем Шальные деньги полностью

— Почему «смеяться»?

— Да они того… гопники как бы.

— Гопники? — искренне изумилась Софи.

— Ну, типа да. Так, тусим, тренируемся. Расслабляемся, — сказал ЮВе и, будто оправдываясь, поспешил добавить: — Да они клевые ребята.

— Вот уж на кого-кого, а на тебя бы в жизни не подумала. Вроде знаем друг друга, а иной раз смотришь, вроде и нет. А когда ты меня с ними познакомишь?

Опаньки, просчитался. Хотя разве мог ЮВе предположить, что она так заинтересуется? Обычно ведь ей дела нет до других, не из ее круга. А тут ни с того ни с сего решила познакомиться с Абдулкаримом, Фахди и Хорхе.

Прикалывается, что ли?

ЮВе сделал над собой усилие. Стараясь сохранить невозмутимость. Сказал:

— При случае. Если выйдет.

Требовалось срочно сменить тему. Заговорил о ней. Испытанная уловка.

Спросил, давно ли видела Анну, других лундбергских девиц. Перемыть кости подружкам. Софи только дай. Интересно, думал ЮВе, в курсе ли Софи, как я чпокнул Анну там, на гульбарии в Левхелла-Горд. Хотя чего ей загоняться: уж полгода прошло.

Софи чем-то напоминала его сестру. Это сходство пугало его.

Различие между Софи и Камиллой было только одно: у Софи имелась изюминка, стиль.

Его вдруг осенило. А ведь Софи по-прежнему играет с ним, изображая недотрогу и не подпуская близко. Или этим она дает понять ему, что ЮВе сам должен пойти ей навстречу? Открыться. Впустить в свой мир. Рассказать, кто он на самом деле. Рассказать то, о чем боится говорить. Вот и Камилла такой была. Колючая, неприступная в отношениях с родителями, особенно с Бенгтом: закрыться всегда надежней, когда нет никаких родственных чувств. Выставляла колючки, чтобы не впускать в душу. И не от душевного ли одиночества запала на Брунеуса, этот кусок говна? Да и так ли нужен ответ на этот вопрос? ЮВе и сам не знал.

Через несколько дней подготовка к лондонскому вояжу шла полным ходом. ЮВе купил билеты на самолет. Забронировал отель люкс. Обеспечил ночные клубы «Чайнауайт», «Мейфэр», «У Мура»: внес в списки гостей наркоделегацию Абдулкарима. Заказал индивидуальную экскурсию по Лондону, персональный лимузин, забронировал столики в самых понтовых кабаках, пробил, где лучшие стрип-бары, надыбал у спекулянтов билеты на матчи «Челси», уточнил часы работы эксклюзивных магазинов — «Харви Николе», «Хэрродз», «Селфриджес».

Абдулкарим будет доволен. Одно напрягало: ЮВе не знал, с кем они встречаются и зачем. На его расспросы араб отвечал лишь: «Нас ждут великие дела!»

Частенько зависали у Фахди. Он, Фахди и Хорхе, иногда присоединялся Абдулкарим. Фахди крутил старые боевики с Ван Даммом, порево. Травил истории, как начистил кому-то репу, разлагольствовал о Зле с большой буквы «3» — США. ЮВе и Хорхе собирали воедино разрозненную информацию о своих связях, о барыгах. Выискивали новые склады, безопасные наркоточки, мутили новые схемы сбыта и, главное, провоза. В ближайшее время намечалась крупная поставка из Бразилии.

Чилиец был исполнен ненависти и решимости. У него были свои счеты: думал, как отомстить сербам, отпинавшим его в лесу.

А так ЮВе отдыхал душой в их компании. Простые ребята, без заморочек. Да, не такие утонченные, как его стурепланские гламурчики, но в целом интересы те же: бабы, бабки и дольче вита.

Как-то вечером у Фахди открылись ему и другие стороны кокаинового ремесла, о которых он доселе не задумывался.

Рассевшись на диванах, они с Фахди и Хорхе названивали барыгам, забивали встречи.

На заднем плане мелькали телекадры. Это Фахди в режиме медленного воспроизведения прокручивал фильм «Миссия невыполнима — 2».

Смачные, кровавые сцены, здоровенные плюхи и пинки. Фахди перся от такого месива.

Вдохновившись, стал вспоминать, как два года назад завалил одного пряника.

ЮВе поначалу принял рассказ за веселую байку.

Хорхе же принялся расспрашивать.

Поинтересовался:

— А не ссышь, что заметут?

Фахди усмехнулся и ответил кичливо:

— Я не ссу. Это пидоры ссут.

— Ну а вдруг айна нагрянет?

— А ты «Леона» смотрел?

— Qué?

— Не врубаешься?

— Ты чё, дома ствол держишь?

— Хабиби! Без базара. Айда покажу вам мой арсенальчик.

ЮВе аж подпрыгнул от любопытства. И побежал за Фахди в спальню. Скрипнула дверь шкафа. Фахди пошарил в его недрах. Выуживая что-то, бросал на кровать. ЮВе сперва не понял, что перед ним. Потом разглядел: обрез, выпиленный из охотничьей двустволки винчестер. Пять желтых коробок с патронами той же марки. Два пистолета «глок». Мачете с намотанной на ручку изолентой.

А Фахди вдруг весь просиял по-детски:

— А вот моя гордость. — И с этими словами извлек из шкафа автомат АК5. — Шведский, боевой. Круто, да?

ЮВе не подал виду. Но сам был в шоке — дом Фахди оказался настоящим бандитским логовом. Мощным военным бункером посреди заштатного микрорайона.

А у Хорхе рот до ушей.

ЮВе даже забыл позвонить Софи позже, когда вернулся домой.

И долго еще ворочался в постели.

33

Мрадо же дебютировал на поприще миротворца. С блеском. Пожалел даже: эх, кабы знал раньше, забабахал бы карьеру в ООН. Тут же одернул себя: ебать ее в сраку, ту ООН, — так предать сербов!