Читаем Шаги Командора полностью

– Не знаю! – огрызнулся Петр. – Подавить! Немедленно! Возьмешься?

Насчет подавить он был прав. Любой мятеж необходимо уничтожать в зародыше, пока он не разросся и не породил дополнительных проблем. Тут как с пожаром. Маленький неопасен, но избави Бог не принять вовремя мер!

– Нет, государь, – твердо отказался Командор.

– Почему? Да ты что?

– Посуди сам, Петр Алексеевич, – Сергей был спокоен как пресловутый танк. – Если я туда направлюсь, в Европе сразу заговорят: плохо дело, раз фельдмаршала послать пришлось. Недоброжелателей у нас хватает. Много чести Булавину, и врагам радость.

– А он прав, – заявил Меншиков.

Был новоявленный князь порядком во хмелю, однако способность мыслить не потерял. Можно говорить про сподвижника Петра что угодно, однако ума у него не отнять. Как и недюжинной смелости и талантов в самых различных областях.

– Прав, – неожиданно согласился царь. Он вообще быстро менял гнев на милость. – В самом деле, целого фельдмаршала против них посылать… Обойдутся! Пошлем полк с Васькой Долгоруким. Он за брата так отомстит! Никому мало не покажется!

– Полка мало, – опять возразил Командор. – Там степь кругом, казачки ее как свой двор знают. Начнут бегать от станицы к станице. Придется их полгода ловить. Надо сразу весь район оцепить, воззвание к Дону выпустить. На Украину кого-нибудь невзначай выдвинуть, к Поволжью. Булавин тот теперь наверняка союзников искать станет да воду мутить.

Ох, не мог Сергей забыть про Мазепу! Пусть в этой реальности изменить ему мы не дали, но вдруг теперь решится?

– Надо как-нибудь проверить, не замешаны ли наши соседи? Или кто еще дальше, – вставил и я.

– Какие? – подозрительно спросил Петр.

– А хрен его знает! – я хорошо помнил, что за любой смутой на Руси рано или поздно обнаруживались зарубежные уши. – Поляки, немцы, турки, да хоть те же англичане. В политике друзей не бывает.

– Ну ты загнул! – не поверил Петр.

Он никак не мог отказаться от своей любви к Западу.

– Все может быть, – философски изрек Кабанов. – Не сами, разумеется, но через подставных лиц деньжат подкинуть или там поддержку пообещать. Не дурак же Булавин, должен понимать: на Дону одного мы его задавим. Разве что в Польшу или Турцию прорываться.

– Пожалуй, – согласился я. – Англии по большому счету сейчас не до того. Они который год с Францией воюют. Да и неоткуда им взять эмиссаров в тех краях. Французам то же самое. Скорее всего, поляки или турки. Они поближе. Но не исключил бы и немцев. Сколько подданных сюда перебралось? Вполне может быть, что кто-нибудь из курфюрстов и герцогов решил нам отомстить, а заодно своих напугать. Мол, там неспокойно, казаки людей режут. Куда вы, горемычные, собрались? Не факт, но проверить надо.

Только как? Мы старались наладить разведку и кое-где даже преуспели в этом, оплачивая агентов из своего кармана. Верность государству еще не вошла в моду, больше служили королю, а то и вообще не служили. Да и не совсем измена. Просто получение некоторых сумм в обмен на всякие сплетни и сведения. Падких на деньги людей всегда хватало.

– Как поляки не знаю, у них каждый ясновельможный пан себе голова, а вот турки – весьма вероятно, – задумчиво протянул Командор. – Они в Диване обязаны понимать, что наше столкновение – лишь вопрос времени. Да и насчет германских княжеств мысль интересная. Наверное, придется мне прокатиться по югу. Проинспектировать войска, погонять их хорошенько, на флот посмотреть… Наверняка распустились без отеческого пригляда вдалеке от столицы…

Кабанов уехал на следующий день. Не прямо с утра, насколько понимаю, подъем был у него не слишком легким после возлияния. Еще хорошо – закончившегося с приездом фельдъегеря. Если как любит Петр – до победы, тогда хоть три дня не вставай.

Само восстание нас в узком кругу особо не встревожило. До уровня пугачевщины оно не поднималось. Так, мятеж части казаков, пока еще помнивших былые вольности. Месяц ли, три, но бунт будет подавлен. Третий путь, о котором так любила одно время трындеть пресса в наши времена, на самом деле тупиковый. Логика развития поневоле заставляет крепить централизованное государство. А при наших расстояниях и менталитете любая демократия является помехой. Вон соседи из Речи Посполитой все упорно пытаются сохранить диковинную помесь монархии с республикой. Каждый пан на Сейме имеет право кричать: «Не позволим!» И не только может – вовсю пользуется своим правом. А в итоге – ни один закон не может быть принят. Они ведь даже регулярную армию создать не смогли. Зато исчезли с карты мира на полтора века. Ладно, исчезнут. Но неизбежно и неотвратимо с подобными играми.

Содействовать гибели Польши нам не было резона. Ну, в крайнем случае забрать белорусские земли, где местным живется под панами отнюдь не сладко. Кусочек Украины, понятно, не бендеровский. А остальное нам ни к чему. И все не сейчас, тут бы освоить имеющиеся территории. Ну, не без того, чтобы застолбить некоторые бесхозные в расчете на будущее, разумеется.