– Не буду просить тебя о многом, но, Катерина, нельзя ли сделать все так, как раньше? Я имею в виду не только воду в Блэк Спринг… есть и другие вещи… я понимаю, ты не желала нам зла, но ты встревожила жителей – и меня, если честно. Я принесла тебе жертву, как ты хотела. Тебе нет нужды в том свином сердце, которое я выкинула. Кстати, кто подарил тебе эту гадость? Если узнаю, я ему задам перцу, можешь не сомневаться!

И Гризельда принялась за дело. Разделочные ножи она не взяла, поскольку по дороге от зоопарка у нее в голове вдруг сложились последние части головоломки. Что, если Катерине не понравится лужа горячей крови у ее босых ног? Тогда ее подношение будет оценено неправильно.

Все должно быть идеально. А о деталях Гризельде долго думать не пришлось.

Отмотав пару метров веревки, Гризельда продела один ее конец через ручки холщовой сумки. Затем достала восковые беруши – раньше Гризельда каждую ночь их использовала, потому что Джим ужасающе храпел (она продолжала вставлять их в уши до сих пор, по привычке).

Но вдруг Гризельда оторопела. Беруши, похоже, ей не понадобятся.

Ведьма не шептала.

В лесу воцарилась тишина. Гризельда прислушалась, сосчитав до шестидесяти.

Точно. Никакого шепота.

Глубоко тронутая и охваченная новым для нее чувством сродни дружескому расположению, Гризельда склонила голову и с почтением послала ведьме воздушный поцелуй.

– Благодарю тебя, дорогая, – застенчиво вымолвила она. – Спасибо за доверие.

Страх покинул ее.

Гризельда приблизилась к Катерине и просунула один конец веревки в звено цепи на теле ведьмы. (Несмотря ни на что, она действовала аккуратно и старалась ненароком не задеть Катерину.) Другой конец Гризельда привязала к длинной крепкой палке. Став позади Катерины, женщина начала наматывать веревку на палку.

Когда веревка туго натянулась, Гризельда подняла палку, будто удочку. Сумка оторвалась от земли и мягко коснулась ведьмы. Павлин истошно завопил. У Гризельды расширились глаза. В лесу птичьи крики не были неуместными, но вопли жертвы показались Гризельде гласом с того света.

Гризельда застонала, но не остановилась. Подняв сумку еще выше, она принялась ходить вокруг Катерины, наматывая на ведьму веревку.

Прикрутив таким образом ношу к ведьме, Гризельда завязала свободный кончик веревки узлом на ручках сумки и перевела дух. Она хорошо потрудилась! Жалко, что такая темень, она бы с удовольствием посмотрела на проделанную работу.

Разумеется, она угодила Катерине. А когда ведьма исчезнет, чтобы появиться в другом месте, павлин сгорит и воскреснет из пепла, подобно фениксу.

Гризельда улыбнулась и поправила хвост, торчащий из сумки.

Глава 15

В понедельник, в половине восьмого, Марти Келлер позвонил Роберту Гриму и сказал, что ему надо поторопиться.

Грим еще не нажал «Отбой», а воображение уже унесло его в страну грез. Он представил себе, как откусывает яйца Колтону Мэзерсу и выплевывает их изо рта на доску для рубки мяса, которая принадлежала его матери. Затем прицеливается и сплющивает содрогающуюся плоть битой для крикета.

Не самые радостные видения оставили у Грима в душе чувство мрачного удовлетворения.

Вскоре Грим и Уоррен Кастильо, облаченные в дождевики, зашагали по Олд Майнерз Роуд. Утро выдалось промозглым и ветреным. Улица пустовала. Везунчики, которым не нужно было спозаранку сидеть в офисе, закрыли двери на замки и задернули занавески, затаившись в ожидании непогоды. Но и остальные горожане наверняка проявили находчивость: они в массовом порядке предупреждали свое руководство о том, что приболели и не приедут на работу.

Люси Эверетт успела доложить Гриму, что телефонные линии буквально раскалились и она не может отслеживать звонки.

Но Грим понимал, что настоящая буря бушует внутри их самих. Он видел, насколько встревожены местные, и его мало-помалу начали одолевать дурные предчувствия.

Катерина, детка, что ты затеяла? Кто тебя обидел?

Уоррен, почти на десять лет моложе Грима, с трудом поспевал за ним по мокрой обочине.

– Насколько все паршиво, как думаешь? – выдохнул Уоррен.

– Ничего такого, с чем бы мы не справились, – ответил Грим глухим голосом.

После того безумного случая с лошадьми у Грантов, в субботу, Грим решил, что ситуация более-менее под контролем. Тогда у него, конечно, чуть инфаркт не случился, но животные ничего не успели натворить, и хозяева их усмирили.

Наверное, жеребец увидел собственное отражение и временно свихнулся от страха. Проломился в дом прямо сквозь стекло. Грим посоветовал Стиву Гранту, чтобы тот отправил лошадей на выпас к Солу Хамфри – на окраину Блэк Спринг, поскольку источник зла находился прямо за конюшней. Окрасившийся кровью Философерс Крик был как раз позади дома Стива Гранта.

Увидев ручей, Грим присвистнул.

Похоже, жителям Блэк Спринг крупно не повезло!

Мэзерс хотел сохранить все в тайне, но Грим едва не взорвался.