Читаем Сезон воронов полностью

Я попыталась его расшевелить. При каждом движении в голове взрывался фонтан боли. Слезы лились из моих ослепших глаз. Я быстро ощупала неподвижное тело. Ноги у Лиама были теплые, башмаки промерзли, на них корка льда… Я прижала ладони к его груди, которая поднималась и опускалась вслед за неровным дыханием, провела рукой по шее, по колючей щеке и по лбу. Лоб показался мне обжигающе горячим. Лиам был болен. Из нас двоих в худшем положении оказался он, а не я.

Внезапно новые картины всплыли в моем взбудораженном сознании. Красные мундиры, солдаты… Выстрелы… Теперь я все вспомнила. Отряд английских драгун напал на нас в лесу. Свист пуль… Колин, вцепившийся в гриву лошади, и эта странная гримаса у него на лице… Лиам, который толкает меня к лесу. Я бегу сломя голову, прямиком в этот ад, где не могу различить небо и землю. И вдруг пропасть разверзается у меня под ногами. Она проглатывает меня, затягивает в свое нутро… Наверное, я сорвалась со склона и ударилась головой о камень или еще что-то.

Все в моей памяти встало на свои места, породив боль совсем иной природы, от которой едва не разорвалось сердце. Где Колин? И Дональд? Ранен ли Лиам? Я просунула руку под куртку и ощупала его грудь и живот. Рубашка была теплой и сухой. Он вздрогнул от прикосновения моих ледяных пальцев и снова зашелся кашлем, а потом со стоном перекатился на спину.

– Лиам! Лиам!

Но почему я ничего не вижу? Лиам шевельнулся и что-то пробормотал. Я легла на него сверху, накрыла своим телом и своей накидкой.

– Лиам, ты меня слышишь?

Он снова пробормотал что-то нечленораздельное. Пальцы его пробежали по моему подбородку и снова тяжело упали.

– Кейтлин! – позвал он хрипло.

– Я здесь, – дрожащим голосом поспешила успокоить я. – Я тут, mo rùin. Все будет хорошо.

Я прижалась лицом к его рубашке и тихонько заплакала. Я оплакивала нашу судьбу, наши несчастья, которым не было видно конца, наши расставания. Я проклинала восстание, разрушившее наши жизни. Проклинала короля, ради которого погиб мой сын. Я проклинала Бога, покинувшего меня и упорно отказывавшегося внять моим мольбам.

* * *

Вокруг меня как-то посветлело. Откуда-то снизу доносилось хриплое сопение. Я открыла глаза и села. Зрение вернулось ко мне! Я окинула взглядом каменные стены и едва державшуюся на петлях дверь. Через трещины в ней в комнату лился яркий свет. Потолочные балки у меня над головой были сплошь покрыты птичьим пометом. В конической крыше зияли дыры, сквозь них виднелось голубое небо. Помещение оказалось цилиндрической формы. Брох?[100] Голубятня?

Я осмотрела комнату. Она была метров пять или шесть в диаметре. Сердце мое остановилось, и крик замер в груди, когда я увидела наших лошадей. Через седло одной было переброшено неподвижное тело, покрытое пледом Гленко. Я моментально узнала светлые волосы, видневшиеся из-под тартана. Колин… Нет, Колин, нет! Небо настойчиво карало нас, посылая одно жестокое и незаслуженное испытание за другим. За что? За что?

Я отвела взгляд и положила голову Лиаму на грудь. Он спал, и сердце его билось под моей щекой. Я осторожно приложила ладонь к его влажной, горячей шее. Горе, гнев, озлобленность боролись во мне. Что такого ужасного мы сделали, чтобы заслужить все это?

Лиам дышал прерывисто, с трудом. Пар оседал кристалликами льда на его пробивающихся усах и бороде. Его бледные обветренные губы едва заметно шевелились.

– Лиам! – позвала я тихонько.

Он вздрогнул, застонал, открыл глаза и испуганно посмотрел на меня. Я ласково погладила его, успокаивая. У него был сильный жар. Нужно было сделать что-то, иначе он умрет прямо тут! Но что могла я предпринять? Я совсем не знала этих мест. По правде говоря, я понятия не имела, где мы находились, когда на нас напали драгуны, и уж тем более – куда Лиам нас привел. И где Дональд? Лошадей было только три, и это оставляло надежду, что он успел скрыться.

– Кейтлин!

Голос у Лиама был такой хриплый, что я с трудом узнала его. Он снова закашлялся и с трудом сглотнул. Я отдвинулась, чтобы ему было легче дышать.

– Tuch! Лучше помолчи, отдохни. Я вытащу нас отсюда.

– Нет, a ghràidh, я не смогу. Уходи… Возьми лошадь и возвращайся в Перт…

Новый жестокий приступ кашля оборвал его на полуслове. Он поморщился, с трудом сглотнул слюну и отвернулся.

– Если ты думаешь, что я тебя тут оставлю, то ошибаешься! – возразила я, пожалуй, слишком грубо. Для меня было мукой смотреть на его отчаяние. – Здесь ты умрешь от холода. У нас есть лошади, мы доедем.

– Я не смогу.

Меж бровями у Лиама залегла глубокая морщинка. Несмотря на холод, кожа его была мокрой от пота. Опухшие веки едва шевелились, взгляд был какой-то стеклянный…

– Думаю… для меня все кончено. Я слишком ослаб.

Я смотрела на него с ужасом.

– Лиам Макдональд, я запрещаю тебе говорить так! Ты не можешь позволить себе умереть после всего, что тебе пришлось пережить!

– Сил нет… Ты цела, и это все, что мне нужно. Хотя бы это я сделал как надо… с этим проклятым восстанием.