Читаем Серые пчелы полностью

– Да так как-то… Не получается. Не могу, – признался Сергеич. – Я вообще по телефону не умею разговаривать. Наверное, поэтому и звонить боюсь. Вот и жене своей бывшей позвонить не могу. Пробовал, но не выходит. Товарищу в свое село вот позвонил, и тоже глупый какой-то разговор вышел. Если б было что конкретное сказать…

– Ну да, – Галя согласилась. – Так вот говорить, когда рядом, оно лучше. Когда голос от тела не оторван, когда человека видишь.

Сергеич поднялся, заметив пар из чайника. Посмотрел на небо, словно хотел за дальнейшей судьбой этого пара проследить.

На самом деле интересовали его тучи. Подумал он мельком про дождь, который если не сейчас, то до обеда точно пойдет.

Вскоре засобиралась Галя назад. Помог Сергеич ей на багажничке пакет с двумя литровыми банками меда резиновыми ремешками укрепить. Дал с собой и мобильник с зарядкой – попросил в магазине в розетку вставить и к обеду приехать пообещал.

Дождь закапал к одиннадцати, но оказался такой мелкий и редкий, что даже костер на него внимания не обратил, что уж там о пчелах говорить. Однако температура воздуха, конечно, упала чуток, и достал Сергеич из вещей свитер и оранжевую кепку с надписью «ФК Шахтер». Натянул ее на голову до ушей. Против мелкого дождя она годилась. И тут захотелось ему себя повнимательнее в зеркало рассмотреть. Но где ж его взять, это зеркало? Оглянулся он на машину. Сел за руль, повернул зеркало заднего вида так, чтобы себя в нем увидеть. Увидел, но внимательно рассматривать не стал – слишком уж постаревшим сам себе показался. Да и волосы из-под кепки неряшливо торчат, по-бомжацки как-то!

Капли по лобовому стеклу громче застучали. Завел Сергеич мотор, включил дворники, так под их скрипучую музыку и до магазина доехал.

Галя ему кусок свежего зельца дала, чаем сладким напоила. И деньги за два кило меда отсчитала.

– А тут у вас в селе парикмахерской нет? – спросил Сергеич, пряча заряженный мобильник в карман.

– Нет, у нас нет. В районе, в Веселом, там их несколько. Да прямо на въезде с правой стороны в пятиэтажке! Тут езды минут пятнадцать!

– А чтоб помыться? – Голос у Сергеича зазвучал грустнее и просительнее. – Может, баня у них в Веселом тоже есть?

– А зачем баня? – снисходительно глянула на него Галя. – У меня колонка, так что и душ теплый!

Оживился Сергеич, получив в душ приглашение. Засуетился.

– Я тогда сейчас постричься поеду, а потом обратно сюда, в душ!

– Ну давай-давай! – улыбнулась Галя. – День рождения у тебя, что ли?

Сергеич отрицательно мотнул головой.

Минут через двадцать увидел он на обочине дороги табличку «Веселое» и герб с двумя воловьими головами. Впереди – несколько пятиэтажек. Первая справа стояла не на дороге, а на параллельной улице. Парикмахерскую он нашел легко. Клиентов внутри не было, и молодая стройная девушка в синем халатике, сидевшая за столиком для маникюра, при звуке открывшейся двери оторвала взгляд от планшета.

– Может, вам и голову помыть? – предложила, когда он уже в парикмахерское кресло уселся.

– Не надо, – ответил Сергеич.

– А какую прическу хотите?

– Покороче, чтобы не расчесываться.

Выбрала девушка насадку для машинки, и минут через восемь в большом зеркале напротив увидел Сергеич свой обновленный образ, в котором почти все теперь его устраивало, кроме неравномерной щетины на щеках и подбородке.

– Вас побрить? – догадалась юная парикмахерша.

Клиент кивнул.

На улицу вышел Сергеич помолодевшим. И щеки его приятно щемили от одеколона, и затылок, где девушка тоже бритвой прошлась, а потом из зеленой бутылочки попрыскала. Было ему даже неловко, что за все это, – и за стрижку, и за бритье – только тридцать гривен отдал!

Сел в машину, мотор завел и поймал себя на мысли, что неправильно это – в город только на окраину заезжать! Решил по улицам проехать, с райцентром поближе ознакомиться.

Вернулся на главную дорогу. Проехал мимо церквушки деревянной с позолоченными куполами. Мимо банка проехал. Супермаркет со смешным названием «Вакула» промелькнул. Так до противоположного края городка и добрался. После чего развернулся и назад.

И часа не прошло, как сидел он уже в доме у Гали за столом, накрытым скатертью, чистый и с вымытой головой. На скатерти ключ от дома лежал, который Галя ему опять так легко передала, словно был он ее мужем. Передала и попросила обождать, пока она с работы не вернется. Пообещала на скорую руку ужин приготовить. Руки у Гали действительно «скорые», но на то она и хозяйка. Все у нее вкусно получалось и быстро, все, кроме борща, на который она времени не жалела потому, что правильный борщ быстро не сваришь.

Так уж всякий раз получалось, что, находясь в ее доме, не мог Сергеич о ней самой не думать. И думать всегда было о чем. Давала она простые и понятные поводы для обдумывания. Ведь женщина всегда дает больше поводов для обдумывания, чем мужчина.

«Ну да, хорошая она баба, – размышлял он. – И готовит славно. И жить для нее одной в таком доме несправедливо. Без мужика все равно, что без толку! Но уж очень она проста. И имя простое – Галя. И жизнь с ней, должно быть, была бы слишком простой».