Читаем Серое проклятие полностью

Почему женщина нужна — понятно. Ее там, прежде чем на алтарь отправить, наверняка пользуют в меру сил и заслуг перед своим богом. А что, монахи — они тоже люди, и ничто человеческое им не чуждо. И кстати, далеко не у всех из них противоестественная ориентация, хотя слухи о творящихся в подобных монастырях непотребствах до меня не раз доходили. Так что жертву вначале используют по прямому назначению, а потом уже прирежут. И что для жертвоприношения требуется исключительно девственница, тоже чушь. Как человек по должности разбирающийся во всех видах магии, со всей откровенностью заявляю — ерунда. Полученный результат зависит именно от того, сколько жертва будет умирать, а мужчина это, женщина, девственница или, простите, гомосек со стажем, роли не играет. И опять же разницы нет, есть только ореол загадочности, который окружает некромантов, не более того.

Естественно, Махмуд тоже разницы не видел, если вообще об этом задумывался, и я его прекрасно понимал, так как мыслил похожими категориями. Для купца был важен результат, если конкретно, то здоровье его дочери. Ну а то, что ради этого кому-то придется, возможно, умирать несколько дней, мучительно и страшно… Да какая ему разница? Словом, приехал он сюда, купил на ближайшем невольничьем рынке, заплатив бешеные деньги, рабыню шестнадцати лет, которую вообще-то должны были продать в чей-нибудь гарем, и двинул в горы. Только вот, как это часто бывает, не учел, что здесь он не в авторитете и уступать ему дорогу, равно как и пугаться охраны, будут далеко не все. Я, к примеру, не испугался.

Ну, вот и все. С моей точки зрения, ничего особенного. Если бы это происходило у нас, то Махмуду грозило бы два смертных приговора — во владениях Серого Лорда рабовладение и работорговля карались петлей, а некромантия — плахой. Вернее, не вся некромантия, а обряды с жертвоприношениями, что является одним из самых мощных, но далеко не единственным направлением этой магии. Но то у меня, а здесь купец был в своем праве, местных законов он не нарушал, а значит, и осуждать его я не собирался.

Зато поведение спасенной нами девушки сразу же становилось простым и логически объяснимым. В душе она, наверное, уже сто раз умерла, пока ехала, а тут такое… Ничего удивительного, что имел место сильнейший шок, вдобавок наложившийся на палкой вколоченное восприятие мира. А сейчас стресс сошел, вот и сидит теперь, на плече у Эллины рыдает. И что, спрашивается, с ней делать прикажете? Дать волшебного пендаля и пусть дальше сама со своими проблемами разбирается? Так ведь жалко как-то. Это как щенка на улицу выкинуть — сволочью последней себя чувствовать будешь. Тем более далеко ей все равно не уйти — в первом же поселке опять скрутят и продадут… А то и убьют — как я знал из рассказа девушки, часть отряда Махмуда осталась внизу, в поселке. Если честно, может, я бы на это и наплевал, но спиртное размягчает мозги, поэтому выдал:

— Молчать. Не реветь. Поедешь с нами до ближайшего города, а там разберемся. Документы тебе выправим или еще что. И никого не бойся — если кто полезет, я ему башку оторву, потому что есть крутые, есть самые крутые, а есть я. Эллина, будешь еще смеяться — дам по шее. Все, спим.

Мы и впрямь задремали, во всяком случае, я точно заснул, а когда проснулся, обнаружил, что девушки тоже пригрелись и мирно посапывают. Даже жалко было нарушать такую идиллию, но надо было ехать, тем более что остальные уже проснулись — и спокойно проспавшая ночь в спальном мешке немая купеческая наследница, и покалеченный извозчик, который, как я предполагал, мог этой ночью и концы отдать. Не отдал — видно, проснулась, как у героя Джека Лондона, жажда жизни, а раз так, нам предстояло тащить его дальше. Правда, завтрака не предвиделось, все запасы съели еще вчера, но это было лишь дополнительным стимулом поскорее доползти до более цивилизованных мест. Правда, тащить носилки мне опять пришлось бессменно, а Эллина и Анель, так звали наше новое приобретение, периодически меняли друг друга, но тут уж ничего не поделать. Так и оставшаяся безымянной купеческая дочка неспешно трусила на моей лошади чуть позади, ловко управляя кобылой и не пытаясь ни обогнать нас, ни отстать.

Хорошо еще, идти сейчас, тем более при свете дня, было легко. Битого снега не имелось в принципе, а часа через два он и вовсе исчез. Словом, не успело еще солнце подняться в зенит, а мы уже подходили к поселку… Подгорный. Да-да, именно так, этот населенный пункт назывался точно так же, как и его собрат на другой стороне гор. Оставалось поаплодировать фантазии местных жителей, избавляющей путников от необходимости запоминать лишние названия, и спокойно направиться к видному издали постоялому двору.