Читаем Сергей Круглов полностью

Если на Южном направлении немцы действовали активно, то на других участках фронта происходили позиционные бои. В то же время, начиная с середины 1942 года, фашистское командование приняло меры по усилению разведывательно-диверсионной деятельности в тылу наших армий, задачами которой являлись получение информации о планах советского военного руководства и о группировках наших войск, а также проведение террористической деятельности на всей советской территории. Используя любые пути, противник стремился забросить в ближний и глубокий тыл побольше шпионов и диверсантов, завербованных в основном из наших военнопленных и подготовленных в многочисленных разведшколах. От начальников Управлений НКВД Архангельской, Ленинградской, Мурманской, Вологодской, Калининской и других областей, являвшихся прифронтовыми, постоянно поступали сообщения о заброске парашютистов на подведомственную им территорию. В связи с таким положением, всему руководству Наркомата внутренних дел пришлось подключиться к контрразведывательной работе. 2 сентября 1942 года заместитель наркома внутренних дел Круглов С.Н. и начальник 3‑го (секретно-политического) Управления НКВД СССР Куприн П.Т. направили наркомам внутренних дел союзных и автономных республик и начальникам Управлений НКВД краёв и областей письмо по вопросу «улучшения агентурно-оперативного обслуживания эвакуированных и тыловых госпиталей». В документе указывалось, что необходимо среди раненых и больных командиров и красноармейцев вести работу по выявлению агентов немецкой разведки и активных антисоветских элементов, которые осуществляют «пораженческую профашистскую агитацию», а также членовредителей, симулянтов и дезертиров. Помимо этого работникам органов внутренних дел следовало оказывать помощь госпиталям в устранении имевшихся недостатков, тормозивших быстрейшее возвращение раненых в строй.

В результате оперативной работы, говорилось далее в письме, проведенной сотрудниками органов внутренних дел Азербайджанской и Армянской ССР, Мордовской, Башкирской и Марийской АССР, Красноярского края, Горьковской, Новосибирской, Ленинградской, Свердловской и Чкаловской областей с находившимися на излечении бойцами и командирами, в ряде госпиталей среди раненых были выявлены агенты немецкой разведки. Анализ материалов по делам этих арестованных агентов показал, что разведывательные органы немецко-фашистской армии проводят вербовку главным образом среди командиров и красноармейцев, добровольно сдавшихся или попавших в плен, перебрасывая их затем с различными легендами в расположение частей Красной армии. Завербованные из числа раненых специально оставляются в госпиталях, расположенных в населенных пунктах, из которых отступают войска оккупантов. Вражеская разведка даёт завербованным задания собирать сведения шпионского характера, дезинформировать командование наших частей о дислокации и вооружении немецкой армии, проводить пораженческую пропаганду, восхваляя фашистские порядки, призывать к измене Родине, осуществлять диверсии. После излечения в эвакуационных и тыловых госпиталях не выявленные немецкие агенты направляются в войсковые части Красной армии, а признанные не годными к несению воинской службы оседают на промышленных предприятиях и в сельском хозяйстве.

Помимо «внешних врагов» в последнее время в ряде госпиталей выявлено значительное количество членовредителей и симулянтов. НКВД Мордовской АССР в одном из госпиталей вскрыта целая группа лиц, занимавшаяся членовредительством с привлечением обслуживающего медицинского персонала.

Наркомат внутренних дел СССР предлагал обратить внимание на вопросы оперативного обслуживания госпиталей, «являющихся одним из важнейших участков работы наших органов в деле обороны страны» [71].