Читаем Сергей Круглов полностью

Но оставались ещё семья, «жена, старуха‑мать и сын Серго», которых в одном из своих писем из заточения Берия просил бывших соратников «не оставить без внимания», и многочисленные родственники. Жену Нину Теймуразовну и сына Серго быстренько посадили за решётку. А вот мать Лаврентия Марта, глубоко верующая женщина, по сообщению из Грузии, посещала церковь и молилась за своего сына. Да ещё встречалась с родственниками, что было крайне нежелательно. В связи с этим ещё 25 августа 1953 года с Родины арестованного, но пока не осуждённого бывшего государственного деятеля уже обратились к Хрущёву Н.С. с просьбой: «Считая нецелесообразным дальнейшее пребывание в Грузии близких родственников врага народа Берия, ЦК КП Грузии просит дать указание об их выселении с территории Грузинской ССР». 12 сентября 1953 года Президиум ЦК КПСС удовлетворил просьбу грузинских товарищей. Во исполнение этого решения в последний день уходившего года Генеральный прокурор Руденко Р.А. и министр внутренних дел Круглов С.Н. внесли на имя Хрущёва Н.С. и Маленкова Г.М. такое предложение: «Учитывая социальную опасность лиц, находившихся в близких связях с врагами народа, Прокуратура СССР и Министерство внутренних дел СССР считают необходимым запретить членам семей и близким родственникам указанных врагов народа проживание в городах: Москве, Ленинграде, Тбилиси и других режимных городах и местностях Советского Союза, а также на территории Кавказа и Закавказья. Указанные лица по месту вновь избранного ими жительства (в Красноярском крае, Казахстане или Свердловской области. — Ю.Б.) будут взяты под надзор органов МВД». В апреле 1954 года грузинские товарищи вновь подняли вопрос о родственниках Кобулова, Гоглидзе, Деканозова. Была создана комиссия в составе Шаталина Н.Н., Руденко Р.А., Серова И.А., Круглова С.Н. и Мжаванадзе В.П., которая по решению ЦК КПСС включила в число изгоняемых, помимо указанных, также родственников Мешика, Влодзимирского и Меркулова. Поскольку, по сообщению органов госбезопасности, многие выселенные продолжали и далее восхвалять Берия и высказывать недовольство обращением с ними, наблюдение за поведением родственников врагов народа продолжилось [93].

Теперь о поощрении непосредственных участников «рискованной операции» по аресту Берия. На июльском 1953 года Пленуме ЦК КПСС маршал Жуков Г.К. был переведён из кандидатов в члены Центрального Комитета партии. Министр обороны маршал Булганин Н.А. пообещал всем остальным офицерам группы захвата звания Героев Советского Союза и 25 декабря 1953 года предложил Москаленко К.С. написать соответствующие реляции на пять человек: Батицкого, Юферова, Зуба, Баксова и самого себя. Но Москаленко К.С. «категорически отказался это сделать», мотивируя это тем, что они «ничего такого не сделали». Тогда сошлись на награждении всех орденами Красного Знамени, что и было реализовано [100]. Сразу после ареста Берия Москаленко К.С. получил повышение по должности, став командующим Московским военным округом, а пехотный генерал Батицкий П.Ф. возглавил вместо него ПВО столицы. В дальнейшем оба доросли до погон Маршала Советского Союза и получили к своим фронтовым геройским звездам звания Дважды Героев Советского Союза. Ордена же сыпались, как из рога изобилия. Так, если на фронтах Великой Отечественной войны Москаленко К.С. получил 8 орденов (два из них Ленина и один Красного Знамени), то после разгрома «банды Берия» был удостоен 12 орденов, причём пять из них Ленина и четыре Красного Знамени. Интересно, что в 1985 году, в канун 40-летия Дня Победы, уверенно выросшие в своих воинских званиях ветераны «захвата» генерал-полковник Баксов А.И., генерал‑майор Зуб И.Г. и полковник Юрьев В.И. посчитали «целесообразным и своевременным» обратиться в ЦК КПСС «с надеждой положительного решения вопроса» о присвоении им обещанных званий Героя Советского Союза. Однако время ушло, политическая обстановка изменилась, да и прежние заслуги ветеранов были отмечены ранее высокими правительственными наградами, потому в просьбе было отказано [93].