Читаем Сердце на двоих полностью

Сердце в груди отдалось радостным стуком, точно птица, почувствовавшая скорое освобождение, и тут же замолкло. Побыть в повозке одной – лишний шанс собраться с мыслями.

Когда я выбралась наружу, на небе уже зажглись первые звезды, в стороне от повозки уютно плясало пламя в костерке, расцвечивая лица двух сидящих возле него мужчин.

Стоило мне выйти, как Ричард и Кэрлайл одновременно вскочили с мест, но не двинулись дальше, так и стояли, ожидая, когда я сама подойду. Оба казались напряженными, вели себя странно, будто я застала их за чем-то непристойным.

– Вы словно призрак увидели, – попыталась я разрядить обстановку. – Надеюсь, не помешала беседе?

– Эмма, что с тобой? – Ко мне подошел Кэрлайл, протянул руку, пропуская сквозь пальцы локон моих волос. От неожиданности я никак не среагировала, даже когда Ричард сделал то же самое с тем же локоном.

– Со мной все в порядке. – Я присела у костра, расправила юбки и почти успела дотянуться до зажаренной тушки, которую не заметила сразу, когда меня бесцеремонно подняли под руки и куда-то повели.

– У тебя седая прядь, Эмма. – Голос Кэрлайла прозвучал у самого уха. У второго уха послышалось недовольное сопение. Ричард явно был недоволен происходящим. Я была с ним солидарна.

Наконец меня привели к ручью, в котором растаяло пятно лунного света, и я смогла увидеть свое отражение.

Лучше бы не видела!

Сначала мне вообще показалось, что кто-то вплел в мои волосы белую с серебряным отливом ленту. Осторожно, не веря, я тронула прядку. Юркой змейкой она скользнула между моими пальцами, почти слилась с лунным отражением, блеснула, отразив холодный блик.

– Как такое возможно? – вымолвила я непослушным языком. – Я умираю.

Последние слова были то ли вопросом, то ли утверждением – я сама толком не поняла.

– Не говори глупостей. Седина не может появиться без причины, – неуверенно произнес Кэрлайл. – Ты многое пережила, потеряла мать. – В его голосе не было того, что я ждала. Лекарь говорил и сам не верил своим словам.

Мученическое выражение лица Ричарда подтверждало мои догадки. Не знаю как, но молодой король мог отличить правду от лжи. Я поняла это не сразу, а поняв, вспомнила те моменты, когда он добивался от меня нужных ему ответов.

– Эмма, ты обещала рассказать о своем сне. – Ричард будто невзначай бросил в ручей камешек, я больше не могла видеть своего отражения в потревоженной воде. – Вернемся к костру, становится прохладно.

Я не чувствовала холода. Вообще ничего не чувствовала кроме паники. Мне ни за что не успеть. Я подвела мою милую Агве. Она отдала за меня свою жизнь, а я…

– Эмма, не молчи, – оклик Ричарда выдернул меня из моих мыслей, – рассказывай. Какой кошмар напугал тебя так, что ты кричала во сне?

– Мне кажется, сон был не просто так. Он точно хотел меня о чем-то предупредить. Там была Таис. – Я выдержала паузу, проследив за реакцией Ричарда. Если его и задели мои слова, он никак не проявил этого внешне, и я продолжила: – В том кошмаре она предстала в образе ведьмы, которая вырвала мое сердце. Вы там тоже были, ваше величество, но в вашей груди зияла дыра. Все это как-то связано с тем, что говорила Агве, во сне она пыталась рассказать нечто важное и не смогла пробиться сквозь темную магию.

Говорить было тяжело, но я понимала, что это необходимо. Другого шанса может не быть.

– Восемнадцать лет назад она нашла меня у дороги, я умирала. Агве с трудом выходила меня, завязав мою жизнь на своей любви. С ее смертью нить оборвалась.

– Ты хочешь сказать… – Кэрлайл как раз собирался подбросить в огонь дров, но так и застыл с сухой корягой в руке, встав на одно колено возле костра.

– Да, с уходом Агве в этом мире меня уже никто не держит. Мне нужно найти того, кто полюбит меня и возьмет на себя ответственность за мою жизнь, заставит мое сердце биться дальше. Пока же я могу умереть в любой момент.

– Неужели за восемнадцать лет ты ни разу не влюблялась? – Глаза короля из голубых сделались темно-синими, почти черными. И в глубине их плескались отблески пламени.

– Я не… Все не так просто… – Признаться в том, что мне нельзя влюбляться, я не смогла. Что-то остановило в самый последний момент.

Что-то или кто-то?

Когда поняла, что слишком долго смотрю на Кэрлайла, быстро отвела взгляд и, чтобы как-то перекрыть возникшую неловкость, придумала отговорку:

– Агве воспитывала меня в строгости, запрещала встречаться с мужчинами, говорила, что всем им нужно от меня лишь одно.

Даже в искажающем свете костра я смогла рассмотреть, как покраснел Ричард.

– Ты сказала, что видела во сне Таис. Но восемнадцать лет назад она была еще ребенком и не могла забрать твое сердце. Да и какая из нее ведьма? – Ричард точно искал оправданий для своей невесты, что никак не укладывалось у меня в голове. Неужели он надеется, что все еще можно исправить?

– Не знаю, – честно ответила я, – но Таис с первого дня будто невзлюбила меня. Я уверена, что наши с ней пути не пересекались никогда раньше, и все же она смотрела на меня как на злейшего врага, стоило только оказаться во дворце.