Читаем Серафим Саровский полностью

В прошлом 1724 году согрешил аз окаянный отвергался от Христа, а в прошлом 1725 году в том моем согрешении покаялся, и дадеся мне от отца моего духовнаго заповедь еже не причащатися мне все живота моего время Святых Христовых Тайн даже до смерти. И аз грешник хранил оную заповедь и поныне, но токмо в нынешнем 1733 году я в болезни при смерти сподоблен был причаститися Святых Христовых Тайн другим отцем моим духовным которой и прочия отцы мои духовныя прежняго моего вышеозначенного духовнаго отца означенную мне данную заповеди никто и поныне не разрешили. И я грешный вельми стужаем есмь и снедаем от совести моея, и едва не приходя в отчаяние спасения моего, яко чужд сотворится Святых Тайн причастия: и боялся да не како вельми боля душею о том, в конечное приду спасение моего отчаяния: Приидош до твоего Государя Преосвященства, твоего владыко святыя разсуждения просити архипастырскаго. И еже ты Государь разсудиши оное здесь подписать да соблагоизволиши: прошу и молю тя владыко Преосвященнейший, Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа ради.

Твоего Государя Преосвященства всепокорнейший послушник и раб всенижайший, Саровския синодальной области Темниковскаго уезда пустыни

Георгий монах недостойный,

паче всех грешных грешнейший.

Писал сие своеручно декабря в день 1733 года»^{249}.

Прочитав письмо, владыка, вероятно испугавшись, как бы человек, знающийся с нечистой силой, не навредил ему, разорвал прошение и прогнал прочь волшебника. На этом бы и закончилось все дело, но… Народная почта донесла до Иосии весть о том, что саровский монах Георгий явился с покаянием к владыке в Синодальную контору. Что делать? И Иосия решил действовать на опережение — пишет письмо, в котором как духовный отец монаха Георгия доносит о том, что тот является волшебником. Явление Иосии как свидетеля в Синодальной канцелярии было замечено, и владыке Иоакиму ничего не оставалось делать, как отправить солдат на розыск саровского монаха Георгия.

За арестом Георгия уже 25 января 1734 года последовал арест монахов Берлюковской пустыни: Иосии, Иакова, Боголепа и Сильвестра. Одновременно вторая команда отправилась в Саровскую пустынь для ареста Ефрема с Феофилактом, а затем и первоначальника с Аароном. Руководителям команд предписывалось «в кельях и чуланах книги и тетрати и письма, все что есть неоставливая ни единого лоскута забрать и за печатью прислать в Москву»^{250}.

Прибыв в Саров, обер-офицер сразу приступил к обыску в церкви. Действительно, как и говорил Иосия, нашли липовый бочонок с бумагами, только не под престолом, а в притворе — под полом. Дополнительный компрометирующий материал дали обыски по кельям монахов. У первоначальника обнаружили запрещенные сочинения Маркелла (Радышевского) «О монашестве» и «Житие Феофана Прокоповича». В келье иеромонаха Ефрема также найдены подобные тетради. Всего 46 книг и тетрадей конфисковали московские следователи^{251}. Опросив монахов, комиссия с арестантами и опечатанными рогожными кулями с бумагами уехала.

Арестованы были и купцы братья Максим и Иван Шелягины. Основных фигурантов по делу было 11 человек. 9 марта 1734 года начато дело «О монахе Саровской пустыни Георгии Зварыкине, сужденном за сношения с нечистою силою, и о прикосновении к делу строителя Берлюковской пустыни Иосии, имевшем тетради Маркелла Родышевского против Феофана Прокоповича, о Тайном Советнике Алексее Макарове, о княгине Марье Одоевской, князе Иване Одоевском и других лицах».

Уже 4 апреля Феофан Прокопович[59] направляет письмо руководителю Тайной канцелярии генералу Андрею Ивановичу Ушакову, в котором говорит о «возжжении смуты». О ходе следствия доложено императрице.

Для того чтобы к основным подозреваемым по делу можно было применять пытки, было принято решение о лишении монашеского звания и священства с Георгия, Иосии, Иакова и Сильвестра. В ходе следствия допрошены сотни человек, многие потеряли средства к существованию, несколько человек расстались с жизнью. Открыл скорбный список монах Саровской пустыни Аарон, неграмотный человек, не читавший запрещенных тетрадей, выполнивший поручение своего настоятеля, — скончавшийся 5 апреля 1735 года^{252}.

Следующая кончина произошла 17 июля 1736 года. «Содержащийся под караулом иеродиакон Феофилакт умер. Тело погребено при церкви Преображения Господня»^{253}.

Содержание в заключении не способствовало продлению дней жизни первоначальника, и в декабре 1737 года он умирает.

«№ 792 Подано и докладывано декабря 20 дня 1737 года в Канцелярию Тайных розыскных дел Доношение… стоящей в Тайной Канцелярии на карауле Лейб-Гвардии Измайловского полку… Иван Хрущев а об чем мое доношение тому явствует ниже сего:

1. Декабря 19 дня содержа… в Та…елярии колодник ие-ро… волею Божиею умре скоропостижно.

2. А до смерти оной Иван исповедован и Святых Тайн приобщен.

3. Тайная Канцелярия об оном благоволила… о сем моем доношении решение учинить.

Декабря 20 дня 1737 года

Иван Хрущов»^{254}.