– В Сармонтазаре? – Шет обвел присутствующих благосклонным взглядом. – В Сармонтазаре – нет.

На этот раз шептаться никто не стал. Когда Шету оке Лагину приходит на ум просвещать своих придворных, нужно слушать в оба уха.

– Проще простого, милостивые гиазиры. Наша цель – Синий Алустрал, и ничего, кроме Синего Алу-страла. Именно там сейчас сошлись все Пути Силы, и именно там следует искать ключ к Вечности. Ну а Элиен… Мы сможем уничтожить его после, – Шет оке Лагин встал и направился к двери. – Если, конечно, в этом еще будет необходимость, – бросил он на пороге не без некоторой сентиментальности.

ЧАСТЬ 3

РЕГЕНТ

Глава первая

ПАДЕНИЕ ДОМА ПЕЛНОВ

1

За высоким стрельчатым окном, обращенным в сторону неспокойного предосеннего моря, неистовствовали чайки. Ветер, врывающийся в башню с бескрайних водных просторов Севера, играл волосами двух Гамелинов, склонившихся над картой Синего Алустрала.

– Когда я покинул Наг-Киннист, я приказал Пастырям направить каракатиц на северо-восток, в земли Пелнов. Ты, быть может, слышал, Хозяин, как этой весной Стагевду удалось привести к повиновению этот благородный Дом.

– Слышал, – коротко бросил Герфегест, вспоминая рассказы о сокрушении цитаделей Пелнов на архипелаге Лорнуом. «Черное пламя», «кричащие девы»… – И я слышал, что укрощение Пелнов было проведено Стагевдом с чудовищной жестокостью.

– Да, – согласился Артагевд, – наш бывший Хозяин, к сожалению, боролся за правое дело более чем неправыми методами. Он вообще, насколько я могу понять, был ничем не лучше Ганфалы. С тем лишь, быть может, отличием, что Стагевд обладал способностью любить, а в сердце Ганфалы не осталось ничего, кроме завораживающего холода. – Артагевд замолчал на мгновение – чувствовалось, что воспоминания о прежнем Хозяине глубоко взволновали его – и продолжил: – Так или иначе, Пелны примкнули к нам, к «мятежникам», из страха за свои очаги, но отнюдь не по собственной воле. Когда я прибыл в Лорк, столицу Пелнов, я не нашел там ни спокойствия, ни единства. К счастью, мне удалось заклясть Пелнов прахом Со-рнаксов и сплотить их под знаменами Черных Лебедей во имя мести Орнумхониорам за оскорбление послов. Я имел четкие предписания от Стагевда, которые гласили, что в случае отказа Орнумхониоров от мира мне следует выступить против южан со всем наличным флотом. Но вы опередили меня. Стагевду стало известно о вашем походе на север, когда вы уже огибали Свен-Илиарм. Мои корабли были спешно отозваны сюда, в Наг-Нараон, чтобы в решающем сражении сокрушить флот Ганфалы. Сам Стагевд, как ты знаешь, ждал вас в проливе Олк. Я должен был ударить Ганфале в тыл. Но война на море – лишь жестокая игра случая, и никому из смертных не дано предвидеть результатов собственных замыслов. Я опоздал и застал в проливе Олк лишь обгоревшие обломки и страшный рукотворный остров из десятков остовов погубленных файелантов Ганантахониоров и Эльм-Оров. И вот я здесь, во главе семидесяти файелантов, лишь пять из которых принадлежат Гамели-нам, а остальные – Пелнам.

– Насколько я мог понять из рассказов очевидцев, – удовлетворенно заметил Герфегест, – флот Ганфалы сейчас очень мал, в нем едва ли насчитается три десятка кораблей, и ему некуда больше убраться, кроме как обратно в Наг-Киннист. У нас же только здесь, в Наг-Нараоне, сейчас стоит больше сотни готовых к сражению многоярусных кораблей. Значит, нам надлежит незамедлительно, пока еще далеки осенние штормы, выйти в море и устремиться на юг. С нами сейчас почти весь Синий Алустрал, в наших руках Рем и Дагаат, а у Ганфалы нет ничего, кроме сомнительных союзников в лице Орнумхониоров и жалкой кучки Ганантахониоров. Да и вообще неизвестно, жив ли еще Ганфала после схватки со Стагевдом. Войну можно считать оконченной, не так ли?

– Ганфала жив, и в том нет сомнений, ибо любому Гамелину известны верные приметы его смерти, но ни одна из них не была явлена ни в проливе Олк, ни в Наг-Нараоне.

Артагевд тяжело вздохнул и, помолчав, продолжил:

– Прости, Рожденный в Наг-Туоле, но тебе придется услышать от меня то, что заставит тебя возжаждать моей смерти. Ты – не Стагевд и никогда не будешь им. Бывший Хозяин был жесток, коварен и силен, как только может быть силен тот, кто в совершенстве познал Путь Стали. Его жестокость мне претила, его коварство заставляло пунцоветь гребни волн от крови беззащитных жертв, но его сила сдерживала Ганфалу долгие годы. И даже получив предательский удар в спину от тебя. Рожденный в Наг-Туоле, он был все еще достаточно силен, чтобы сразить Ганфалу в честном поединке. Теперь Хозяин ушел, а Ганфала остался. Об этом знаем не только мы с тобой, не только Гамелины, но и все наши союзники, ибо слово в Синем Алустрале подчас быстрее ветра.