Я сложил лист и спрятал его в карман. Поехали вперед, в прошлое! Выполняя мои команды, компьютер реанимировал то, что вроде бы уже было стерто из его памяти. Вот файл, распечатанный и уничтоженный в двадцать часов тридцать минут. На экране появился уже знакомый мне текст: «…А еще у меня есть одна мечта – закопать этого подонка вместо бутылки, а через год собраться на его могиле и построить там большой общественный туалет. Это будет самым лучшим памятником в истории человечества. Марко! Тварь! Я до сих пор не могу забыть твои подслеповатые глазки, отвислые щеки…»

Пока принтер распечатывал мрачные пожелания Леры, я начал оживлять следующий текст. Девятнадцать пятьдесят: «Я человек простой и не умею писать умно и красиво. Желаю всем сибирского здоровья, кавказского долголетия…»

Не дочитав до конца, я отправил пожелание «простого» человека на принтер. Возможно, это написал дворник. Позже разберусь. Сейчас надо побеспокоиться, чтобы никто не помешал мне достать из глубин памяти компьютера все остальные пожелания.

Девятнадцать сорок семь: «Марко! Ты считаешь, что стоишь на вершине Олимпа. Что тебя окружают мелкие, никчемные людишки, неспособные на сильные поступки. К таким ты причисляешь и меня…»

Это уже интересно! Но нет времени читать. Конвейер запущен. Следующий файл распечатан и уничтожен в девятнадцать сорок три: «Я знаю, что такое настоящий мужчина. Я прекрасно разбираюсь в людях. И потому мне сегодня очень грустно. Перед нами сидит глупая Обезьяна, которая думает, что она – человек…»

Тоже интригует! Следующий файл создан тремя минутами раньше: «Я в детстве обожала разгадывать загадки. Это ужасно интересно! И вот я сейчас всем присутствующим загадываю загадку: что связывает нас… Нет, не так. Через год, когда мы снова встретимся, вы будете просто шокированы…»

Ладно, потом дочитаю, хотя очень завлекает. На экран уже выползает файл, уничтоженный четырьмя минутами раньше предыдущего: «Бог все видит и ничего не забывает. Сейчас мы все веселы, пьем вино и жрем мясо. Вы так же веселились и жрали, когда я в мокрых кирзачах и телогрейке месила грязь в торфяном котловане…» Это явно душевные излияния Кики! Она даже не попыталась скрыть своего авторства.

Я на секунду отвлекся и пересчитал отпечатанные листы. Уже семь штук. Но компьютер продолжает вытягивать на экран пожелания. Кто написал восьмое? «Я хочу напомнить вам, милые мои, что халява не бывает вечной. За все надо платить. Не стоит надеяться, что сильный и богатый Марко всегда будет рядом, как палочка-выручалочка…»

И вот, наконец, последнее, то есть созданное самым первым: «оащшцуок щушаосьл мсмьлфдлывао мтщашпоу щкшаоущщщщщщщщщщ». Уничтожено в девятнадцать тридцать.

И больше никаких файлов в этот день ни создано, ни стерто не было.

Я дождался, когда принтер выдаст последний лист с самым коротким и самым непонятным пожеланием, внимательно посмотрел на поток букв и понял, что никакого тайного смысла в этом «пожелании» нет. Нечто подобное можно набрать с необычайной легкостью, если нежно коснуться клавиатуры задом или, чрезмерно выпив водки, упасть на нее лицом. Видимо, автор не стал утруждать себя сочинительством и просто шлепнул по клавишам ладонью.

Что ж, неплохая добыча. Остается только разобраться, кто что писал и почему пожеланий оказалось больше, чем присутствующих в особняке людей.

ГЛАВА 14

ВЕСЕЛАЯ ЖИЗНЬ