Читаем Семь желаний полностью

Еще одно место – на углу стола. Стула нет, тарелки нет, вилки нет, лишь рюмка и наполовину съеденный бутерброд с красной икрой. Похоже, здесь стоял дворник, которого пригласили к столу выпить рюмку.

Осталось еще два места – Ольги и Леры. Ближе к выходу, вероятно, сидела хозяйка. Посреди ее тарелки возвышается горка салата оливье. Салат не тронут. Нож и вилка лежат на своих, определенных этикетом местах и сверкают чистотой. Но скатерть вокруг усыпана мелкими обрывками салфетки, скрученными в шелуху, и шариками из хлебного мякиша – верный признак скрытого волнения.

Место, где сидела Лера, ничем примечательным не выделялось. Девушка повышенным аппетитом не отличалась и в основном налегала на соленые грибочки и маринованные помидоры. Водочная рюмка и бокал для вина были сухими и чистыми.

Я взял со стола зажигалку, поднес огонь к наполовину сгоревшей свече и выключил свет. Теперь я словно наяву видел сидящих за столом хозяев дома и гостей. Плавающие, дрожащие тени на стенах, движения рук, дым сигарет, поднимающийся к потолку, и громкий, властный голос Марко: «Ты – Кобылка. Ты – Шлында. Ты – Баран. Ты – Барби…» И все угодливо хихикают, делают вид, что им смешно.

Я задул свечу. Гостиная погрузилась во мрак. Я хотел выйти на лестницу, как вдруг увидел тонкую полоску света на полу справа от камина. Я приблизился к ней и только тогда увидел узкую дверь, которую раньше принимал за декоративную панель. Я осторожно повернул круглую ручку, но дверь оказалась запертой. Я присел и посмотрел в замочную скважину. Увидеть мне ничего не удалось, так как в замке торчал ключ, но я отчетливо услышал тихое жужжание принтера.

Вот как! Если там работает принтер, значит, там же стоит компьютер. Не в этой ли комнате гости писали свои пожелания? И кому, интересно знать, вдруг опять понадобилось туда зайти?

Я метнулся к столу, вынул из пепельницы Плосконоса проволочную оплетку для пробки от шампанского и, вернувшись к двери, затолкал ее в замочную скважину. Затем спрятался за камином.

Ждать пришлось недолго. В двери тихо щелкнул замок, узкая дверь медленно приоткрылась. Свет за дверью уже не горел, и потому я не сразу узнал Виолетту. Оглядевшись, женщина беззвучно зашла в гостиную, мягко прикрыла за собой дверь и попыталась запереть ее, но проволочный «жучок» не позволял ей воткнуть ключ в замочную скважину. После нескольких бесплодных попыток сделать это Виолетта что-то тихо пробормотала и неслышно вышла в коридор.

Я тотчас проскользнул в комнату, из которой она только что вышла, прикрыл дверь и зажег свет. Узкая, как пенал, подсобка с мини-лифтом и маленькой круглой мойкой. Должно быть, по проекту это вспомогательное помещение предназначалось для официанта и столовых приборов, но Марко почему-то разместил здесь стол с компьютером.

Я сел за стол и запустил загрузку. Если повезет, то можно «выковырять» недавно стертые файлы. Для этого надо знать некую хитрость, которой меня научил один опытный программист. Мои пальцы побежали по клавишам. Я дал команду антивирусной программе выявить все изменения на диске за прошедшие шесть часов… По черному экрану побежали строчки… Я пристально всматривался в экран, чтобы не пропустить важной информации… Теперь надо перезагрузить систему в прежней конфигурации… Компьютер начал работу как бы в обратной последовательности. Время для него пошло вспять.

Ура, поймал первую «рыбу»! Машина выдала информацию: в два часа семь минут удален текстовый файл. Совсем недавно! Именно в это время здесь сидела Виолетта… Я дал команду на восстановление. Фокус удался, по экрану побежали строчки. Я немедленно послал текст на принтер и уже через несколько секунд держал в руках лист с текстом.

«Что мне хочется вам пожелать? Недавно я вернулся из Чечни. Эта командировка перевернула все мои взгляды на жизнь. Я понял, насколько хрупок человек, насколько зыбка и коротка его жизнь. И мне хочется, чтобы мы относились друг к другу добрее, терпимее, чтобы всегда поддерживали в трудную минуту. А самое главное, чтобы и впредь оставались друзьями».

Я с недоумением перечитал текст еще раз. Зачем Виолетта распечатала этот вялый пафос, а затем уничтожила файл? Судя по упоминанию о Чечне, автором этих строк был Плосконос. Но в этих строчках не было ничего особенного!