– Если его можно увидеть невооруженным глазом, то в двери его нет. И ваш муж сказал…

– Что?! – Ольга круто повернулась ко мне лицом. В ее глазах застыл испуг.

Я мысленно прокрутил свою последнюю фразу. Вроде бы ничего оскорбительного.

– Я хотел сказать, – медленно, словно шел по минному полю, произнес я, – что ваш муж тоже не знает, где ключ.

Ольга смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Бокал выпал из ее руки и грохнулся на стол.

– Вы что? – шепотом произнесла Ольга. – С ума сошли?

Я почему-то неуверенно пожал плечами.

– Вы… – лепетала Ольга. – Вы…

Такого пронзительного взгляда я не видел давно. У меня даже мурашки поползли по спине, и я стал двигать плечами, словно вшивый. Ольга медленно двинулась на меня. Я мысленно посочувствовал Лере. Оказывается, Ольгу можно ввести в состояние истерики совершенно безобидной фразой. Может быть, у нее психическая аномалия, и она не выносит даже косвенного упоминания о своем муже?

– Вы говорите неправду, – произнесла Ольга, глядя на меня своими прозрачными глазами. – Вы не могли видеть моего мужа… Зачем вы издеваетесь надо мной?

Благоразумие подсказало мне, что лучше промолчать. На всякий случай я стал пятиться к двери. Мне еще сильнее захотелось выбраться из этого идиотского дома, нырнуть в уютный салон своего джипа, врубить музыку на полную мощь и помчаться сквозь метель по заснеженной дороге.

Ольга, продолжая надвигаться на меня, выдавила меня за пределы комнаты. Как только я оказался у лестницы, она с силой захлопнула обе створки двери перед самым моим носом. Хорошо, что я не Буратино.

– Не дала? – спросила меня Кика, увидев мое растерянное лицо.

– Ты о чем? – не понял я.

– О ключе.

– Нет у нее никакого ключа, – печально пробормотал я. – Нет так нет. Будем ломать. Эх, раззудись плечо!

Кика встала со ступени, отряхнула и одернула юбку. Она оказалась низенькой и едва доставала мне до подбородка.

– А тебе дрова не нужны, Кира Анатольевна? – спросил я, не зная, почему именно с этой бывшей зэчкой мне хочется говорить доверительно. – Дубовые, высший сорт.

– Можно просто Кика, – разрешила девушка.

– Ты не знаешь, почему Ольга так странно отреагировала, когда я сказал про ее мужа?

– А что ты сказал про ее мужа? – уточнила Кика, перегнулась через перила и сплюнула в пролет.

– Да ничего особенного. Сказал, что мы с ним очень мило поговорили…

– Тише! – перебила меня Кика и приложила палец к губам. – С кем это ты мило поговорил? С Марко?

– Ну да, с хозяином.

– И как давно?

– Минут двадцать назад! – Я показал Кике ладонь. – Вот, пыль от его свитера осталась.

Кика криво усмехнулась:

– Ты мог говорить с кем угодно, только не с Марко.

– Почему? – удивился я.

– Сейчас узнаешь, – пообещала Кика, снова посмотрела вниз и, поманив меня за собой, стала медленно подниматься на мансарду.

Я пошел за ней, стараясь, как и девушка, не греметь тяжелыми ботинками по ступеням. Лестница уперлась в дверь. Кика вытянула из-за пояса юбки край кофточки, накинула его на ручку и только после этого нажала на нее.

Дверь беззвучно распахнулась. Кика не стала переступать порог, отошла в сторону, чтобы я мог вволю полюбоваться зрелищем.

Я понял, что мне посчастливилось лицезреть самый интересный объект в этом доме. Моему взору открылась узкая комната под скошенным потолком. Кровать, смятая постель, журнальный столик с ополовиненной бутылкой водки и пустым бокалом, опрокинутое кверху ножками кресло, куски битого бутылочного стекла. И лежащий на полу в луже крови мужчина.

– Вот это и есть Марко, – тихо сказала Кика.

Я понял, что ошибся, приняв за хозяина усатого.

– А Лера говорила, что у него истерика, – произнес я. – Ни хрена себе истерика! Значит, он покончил собой…

– Ага, покончил, – кивнула Кика, ногой закрывая дверь, и стала спускаться вниз. На середине пролета она остановилась и повернулась ко мне: – Только после самоубийства он куда-то пистолет спрятал – до сих пор найти не можем.

ГЛАВА 6

КОГДА ПРОГРЕМЕЛ ВЫСТРЕЛ

В первое мгновение я не понял, что она от меня хочет. Кика крепко схватила меня за руку и потянула вниз.

– Быстрее! – шептала она.

Как я ни старался, не мог догадаться, что же обратило Кику в бегство. Мы свернули в коридор и побежали в его конец. Там Кика открыла торцевую дверь и затолкала меня в маленькую комнату с мягкими коврами, которые лежали и висели повсюду. Закрыв за собой дверь, она перевела дух.

– Кого ты так испугалась? – спросил я.

Она коснулась пальцами моих губ и минуту вслушивалась в тишину.

– Она запретила подниматься на мансарду, – тихо сказала она. – Боится, что до прихода милиции мы смажем следы.

– Кто? Ольга?

Кика кивнула.

– Вот что, – негромко произнес я, обнимая девушку за плечи и отводя ее от двери. – Расскажи мне, как это случилось с Марко?

– А разве тебе Лера не рассказала? – ревниво удивилась Кика.

– Рассказала, да я был пьян и слушал невнимательно.

– Ага, – ответила Кика, недоверчиво посмотрев на меня. – С трудом верится.

Она словно хотела сказать: вот если бы я была твоей девушкой, то рассказала бы все в подробностях.

– Ты первой нашла труп? – спросил я.