Читаем Семь дней в искусстве полностью

– Скорее всего, это тайный коммерческий сговор, – сказал он с усмешкой. – Навязчивое подчеркивание значимости настоящего – на самом деле стимулирование потребительского интереса, характерное для всей современной культуры. – Галерист был в приподнятом настроении. – Можно неплохо развлечься, если это вам по вкусу.

За годы своего существования галерея «Лиссон» Логсдейла представила на биеннале множество художников. «Если вы приложите максимум усилий, то среди общей неразберихи получите шанс на шумный успех, – объяснил он. – Но если фурора не выйдет, то не будет вообще ничего».

Вернувшись в «Чиприани», пара британских коллекционеров пошла искупаться: он лежит на воде, она демонстрирует великолепный брасс. С любезной улыбкой она говорит мне, что ее раздражают «спортивные» американцы, которые носятся по бассейну туда-сюда. Отвечаю, что я канадка, и она тотчас сообщает, что Канадский павильон давно не был столь хорош, «с 2001 года». На биеннале каждый остро чувствует свою национальную принадлежность. По словам Филипа Райлендса, который уже долгое время руководит Музеем Пегги Гуггенхайм (музей часто выполняет функции американского представительства в Венеции), «национализм придает биеннале напряженность, обеспечивает долголетие. Без национальных павильонов и множества стран-участниц биеннале застряла бы в той же трясине, что и многие общественные проекты в Италии. Она превратилась бы в триеннале, квинтеннале, а потом и вовсе прекратила бы свое существование».

Четверг начался моросящим дождем. В 10 часов сотрудники биеннале, стоящие у входа в парк Джардини, пропускали тех, кто имел удостоверения прессы. Неспешный, но и не иссякающий поток людей в одежде из хлопка или льна и в удобной обуви. Парк Джардини являет собой диснеевский калейдоскоп архитектурных стилей. Венгерский павильон в народном стиле расположен напротив геометрического голландского строения. Кажущееся воздушным здание из стекла, сконструированное скандинавами, теряется на фоне миниатюрного кремля, где размещается российская экспозиция. По пологому склону я поднялась к своеобразному триумвирату западноевропейских сил: павильон Франции (мини-Версаль), павильон Великобритании (изначально построенный как кафе-кондитерская) и павильон Германии, нацистское чудо, – здание было реконструировано Эрнстом Хайгером в стиле архитектуры эпохи национал-социализма. К этой выставке фасад спрятали за строительными лесами, затянутыми оранжевой сеткой, символически отказавшись от его архитектурных особенностей, по замыслу Изы Генцкен – художницы и куратора павильона.

Геополитические оси парка Джардини были намечены в 1948 году. Две трети павильонов принадлежат европейским странам и, как правило, представляют собой более просторные сооружения в лучших местах парка. Пятью павильонами владеют страны Северной и Южной Америки (США, Канада, Бразилия, Венесуэла и Уругвай). Двумя располагает Дальний Восток (Япония и Южная Корея). Затем Австралия, находящаяся, можно сказать, «на другом конце света», Израиль – в тесном закутке рядом с Американским павильоном, а также Египет, единственная африканская и единственная исламская страна, показывающая свое искусство в самой дальней части парка Джардини – в зоне, до которой посетители, недостаточно внимательно изучившие план, часто не доходят[55].

Меня поманила моя вторая родина, и я поднялась по ступенькам в неопалладианский особняк с вывеской «ВЕЛИКОБРИТАНИЯ». Выставочное пространство из шести залов было заполнено произведениями Трейси Эмин – ее новыми картинами, рисунками, деревянными скульптурами, неоновыми работами. Здесь находились и ранее не экспонировавшиеся акварели художницы из серии 1990 года, посвященной ее аборту, а также несколько характерных автопортретов с раздвинутыми ногами. Художница стояла в окружении своих почитателей, одетая в просторный белый брючный костюм и черный бюстгальтер. «Феминизм зародился тридцать лет назад, – сказала она в интервью швейцарским тележурналистам. – Благодаря „Guerrilla Girls“ я могу стоять здесь в одежде от Ив Сен-Лорана и Александра Маккуина с сиськами наружу». Об экспозиции Великобритании Эмин отозвалась как о «милом добром национализме». В пику британской гордости Эмин призналась: «Моя проблема в том, что я не умею хранить секреты».

Почти в каждом национальном павильоне можно встретить дилеров, представляющих художника, работы которого попали на биеннале. В одних павильонах продажа изначально не планируется. Кураторы других павильонов предполагают получить проценты с продаж. Однако дилеры работают иначе: они объявляют о продаже работ после закрытия биеннале, и эта схема уже получила весьма широкое распространение. Дилеры гарантируют подлинность, организуют доставку, устраивают банкеты и могут свободно торговать, как в собственной галерее. Правда, не каждый из них готов открыто обсуждать эту тему с прессой.