— Да кто из нас вообще чистокровный? Немало шотландцев в свое время эмигрировало в Швецию. Ну, вот, скажем, Гленмор. Он был исстари верным вассалом своего барона. Но когда на родине наступили трудные времена, несколько веков назад, он отправился помахать мечом в дружине короля Густава-Адольфа, которому как раз требовались на службу рыцари, способные владеть острым клинком. Потом, когда войны закончились, он женился, да и осел в Швеции. Уж не помню ни точную дату его рождения, ни местечко в Шотландии, откуда он родом, но это все можно восстановить по тому вороху бумажек, которые я сдал на хранение нотариусу. Моя матушка утверждала, что мы каким-то боком приходимся родней то ли шотландским герцогам, то ли баронам.

— Какие, однако, скромняги эти шотландцы, — заметил Мак суховато. — Мне еще не приходилось встречать ирландца, который бы не утверждал, будто он потомок по меньшей мере короля. Я тебя попрошу, Эрик, раздобыть как можно больше информации о своих предках. Тогда у тебя будет хороший повод последовать примеру Бьюкенена и углубиться в дебри шотландских генеалогических древ.

— Слушаюсь, сэр. Будем надеяться, что корни моего генеалогического древа находятся где-нибудь в районе Аллапула. Если же нет, то, боюсь, придется их немного изогнуть в том направлении. И что потом?

— К тому времени, я надеюсь, ты уже привлечешь к своей персоне достаточно внимания, чтобы твой следующий ход сам собою напрашивался. Мы не можем предугадать, какого рода интерес ты можешь возбудить. Потому-то мы и прикомандировали к тебе Клэр.

— А, она будет группой поддержки?

— Именно. Она будет изображать из себя хрупкую, наивную, глупенькую и, мы надеемся, незаметную женушку. Это обеспечит ей преимущество, которым она и воспользуется, когда ей придет время действовать.

— Вы хотите сказать, — поправил я его, — когда естественные причины, вызвавшие смерть бедняги Бьюкенена, начнут оказывать на меня свое действие?

— Ну, это примерно то, что я хочу сказать, — растягивая слова, произнес Мак. — Однако не забывай: задача Клэр состоит не в том, чтобы быть твоим телохранителем. Предмет ее первейшей заботы — наш объект. Клэр поручено заняться объектом после того, как ты его вычислишь. Ей строго-настрого приказано ни под каким видом не ломать свою “крышу” до тех пор, пока она не убедится, что ее саморазоблачение поможет довести дело до конца. — Он помолчал, не спуская с меня глаз. — Надеюсь, что я и на сей раз ясно выражаюсь.

— Да, сэр, — сказал я. — Как всегда, сэр. Другими словами, пока моей жизни ничего не угрожает, я могу действовать в одиночку. Клэр же будет изображать из себя беспомощную клушу, спокойно перепрыгивающую через трупы, пока она не поймет, что клюнула большая рыбина. Ну что ж, вы меня предупредили. Я не стану прибегать к ее помощи в любом случае, — я бросил на него пытливый взгляд. — А теперь, сэр, не скажете ли вы мне, в чем заключается задание — или, точнее говоря, кто наш объект? Я до сих пор не услышал ни имени, ни особых примет.

— Ты все прививки сделал? — спросил он вместо ответа.

— Так точно, сэр! У меня иммунитет против всех болезней, за исключением обычной простуды. И любой москит или муха цеце, которой вздумается впрыснуть мне в кровь смертоносную бациллу, только зря потратит время и усилия. Можно подумать, что меня отправляют не в северную Шотландию, а в район, где свирепствует тропическая лихорадка. Но, надо думать, все эти прививки были сделаны мне не случайно. — Я окинул его изучающим взглядом. — Это что, имеет какое-то отношение к так называемым естественным причинам смерти Бьюкенена?

— Возможно, — ответил он. — Но не особенно надейся на эти прививки, Эрик. Бьюкенен их тоже сделал.

— Понял. — И вновь я слегка покривил душой. — Может быть, все-таки расскажете мне, сэр? И он рассказал.

Глава 2

Он сообщил мне секретную информацию — настолько секретную, что ею владели только в Вашингтоне и Лондоне и, должно быть, еще в Москве, Берлине, Париже и Пекине. Тем не менее она была столь засекречена, что в нее не посвятили Клэр, потому что Мака не уполномочили разглашать ее простому связнику.

Мне вменялось посвятить Клэр во все детали после того, как мы сможем уединиться в каком-нибудь тихом месте.

Уж не знаю, были ли сообщенные мне сведения настолько секретными, как на то указывал гриф, — на самом деле такое бывает крайне редко, — это дало мне обильную пищу для размышлений во время полета из Вашингтона в Нью-Йорк. Я все еще размышлял о полученной информации, когда, пройдя обычную процедуру регистрации багажа и паспортного контроля, оказался в зале ожидания для пассажиров бизнес-класса авиакомпании “Бритиш эйруэйз”.

Клэр мне описали так подробно, что я без труда узнал свою молодую жену в толпе. На земном шаре не так-то уж много симпатичных загорелых блондинок, хотя я бы не возражал, если бы их было больше. Во избежание ошибки она, как и было условлено, читала журнал “Бьютифул хаус” — скорее всего статью, рассказывающую о меблировке летнего коттеджа, где новобрачные намереваются провести первые несколько месяцев совместной жизни.