Читаем Седьмое Дно (СИ) полностью

  - Я по-утрам… гуляю здесь. Сегодня смотрю: что-то красненькое… лежит… в зелёненьком, дай, думаю, разгляжу… поближе. Вот, подошла. Извините, если… побеспокоила.

  - Это у меня специальное красное платьице, - встав на цыпочки и прижимая палец к губам, доверительно поделилась Бруха,- чтобы волк не съел. Я так мими… мими…

  - Мимикрирую, - снова пришла на выручку Микра.

  - Ага. Такое странное слово!

  - Тут волки… давно… не водятся, - печально сообщила Микра, - они терпеть не могут… запаха моих калош. Я когда хожу… постоянно теряю то одну… то другую, то…, потом брожу... по кустам… ищу. Волки-то… и поуходили все.

  Она вздохнула.

  - А зачем тебе калоши?

  Микра пожала плечами:

  - Там, где я живу — всегда сыро… а если сыро… нужно носить калоши, - тоном, которым объясняют прописные истины, пропищала она.

  - А почему они такие длинные? - не унималась Бруха.

  - На вырост, на вырост…, - она опять вздохнула. - Это такая редкость… удачные калоши, - она посмотрела на небо. - Извините, … мне домой пора. Приятно было… познакомиться. Приходите в гости.

   Микра развернулась и, загребая колошами, медленно двинулась прочь.

  Бруха уткнула локти в коленки и долго смотрела вслед её долговязой, нескладной фигуре, закутанной в не по размеру широкий ветхий капот, с узлом завязанного на спине платка и думала. Она пыталась припомнить, что было с ней до того, как она оказалась на ветке дуба. Мысли роились у неё в голове, но она ничего не могла вспомнить. Она даже по-привычке дёрнула себя за косу: «Вспоминай!» Но коса почему-то не откликнулась. Ведьмица вздохнула и опять уткнула локти в коленки. И тут её осенило: Нюкта!

  4.

  Микра сидела, свесив ноги, на небольшом плоту, который смастерила для неё знакомая чомга, и ловила сачком тину. Её калоши покоились рядом с ведёрком, сделанным из коры жемчужного дерева. Повёрнутые носками строго на восток, они пускали Солнечных Зайчиков по воде. Было раннее утро. Зайчики счастливо разбегались в разные стороны от плота, а набегавшие время от времени мелкие волны, сгоняли их обратно. Они ныряли в глубину, потом снова появлялись на поверхности в самых неожиданных местах ещё более яркие и солнечные.

  Микра любила это занятие: медленно скользить по водной глади, философически размышляя о повсеместной сингулярности бытия и, между делом, ловить тину большим жёлтым сачком, который от длительного использования стал грязно-серым, если вообще на сером можно различить грязь.

  За долгие годы она научилась виртуозно управлять им, плавно собирая в толще озёрных вод буро-зелёную, дурно пахнущую, склизкую массу. Подняв на поверхность, она неспешно разбирала её длинными крючковатыми пальцами на отдельные комочки. Микра была близорука и всегда подносила улов ближе к своим выпуклым льдистым глазам, чтобы ненароком не захватить вместе с тиной какую-нибудь живность: водомерку, лягушку или малька. Если же такое всё-таки случалась, она бережно выпускала пленника обратно в воду и пристально следила, как он улепётывает подальше.

  Тина шла в дело: слегка подсушив её, Микра пряла пряжу и вечерами вязала разные затейливые вещицы: ажурные чулки, чепцы, занавески для комаров и шнурки для калош.

  Во второй половине дня, пребывая в состоянии глубокой задумчивости, Микра вдруг уловила какое-то необычное движение на берегу: там скакало что-то красное.

  Она достала из за пазухи веник, служивший ей на плоту веслом, а в обычной жизни использовавшийся по назначению, и неторопливо погребла в том направлении. Пристав к камышам, она разглядела свою недавнюю знакомую.

  Бруха была вне себя. Она уже полчаса бегала по берегу, кричала, кидала в озеро камни, но не могла привлечь внимания Микры.

  - Скажи пожалуйста, - подавив раздражение, вежливо начала Бруха, - где я могу найти Озёрную Фею?

  Микра молча уставилась на неё большими прозрачными глазами, и Брухе даже показалось, что она задремала.

  - Где мне найти…, - снова начала ведьмица.

  - Я вас прекрасно слышу, - вздрогнув, прервала её Микра, - я и есть Фея.

  Бруха повертела головой в недоумении: она представляла себе фей совсем-совсем другими и немедленно собиралась сообщить об этом Микре, но вовремя передумала.

  - Ага... так значит ты мне и нужна!

  Она покопалась в кармашке сарафана и вытащила сложенный листок бумаги.

  - Вот, - потрясла листком ведьмица, - это рецепт зелья для заведения друзей. И тут написано, что у Озёрной Феи нужно взять камень.

  - Ооооо! - оживилась Микра, - этого добра у меня навалом. Знаете ли, эти туристы… Они зачем-то бросают… камни в воду, а мне приходится… их собирать. Это очень-очень… тяжёлая работа: собрать камни...сложить в мешки...вытащить на берег...распределить грабельками... по песку...У меня двадцать мешков… на дне стоят. Побудьте…

  Микра спиной упала с плота и скрылась из виду. Когда вода забурлила и расступилась, она появилась на берегу с тяжёлым грузом на спине.

  - Вот, - одёргивая подол капота, произнесла она, - выбирайте тут… любой.

  Ведьмица открыла мешок и стала рассматривать камни, доставая их по-одному.