- Нет, придумай что-нибудь другое,- велела Бруха, - а то я сейчас превращу тебя в… в… калошу, - крикнула она, хотя и понятия не имела, что такое калоша.
- Ладно, ладно, не злись только, - согласился Голос, - дай, подумаю, - он нервно снял шляпу, перевернул вниз дном и уставился внутрь. Он всегда так делал, когда нужно было сосредоточиться, а посторонние назойливо лезли в уши.
- Давай, давай, думай, - удовлетворённо кивнула Бруха, - только быстрее, надо же мне знать, кто я такая, да и вообще, некогда мне.
Она села на пень, подоткнув под себя подол красной клетчатой юбки, оторвала стебелёк травы и принялась задумчиво его жевать.
«Классный вкус, - подумала Бруха, - и запах приятный, надо будет нарвать себе побольше, зелье сварить. Ага, а что такое зелье?»
- Эй, ты там! Ты ещё не уснул?
- Не сбивай меня, пожалуйста, - попросил Голос, безнадёжно рассматривая донышко шляпы.
- Какой ты тугодум всё-таки! А ты не знаешь, что это за трава?
Она выдрала пучок из земли и повертела им над головой.
- Ну я же просил… , - недовольно начал Голос, потом всё-таки оторвался от донышка и скользнул взглядом вниз.
- Это чемерица, - сообщил он. - Не трогала бы ты её: ядовитая она.
- И ничего не ядовитая, - прокаркала Бруха,- наоборот, вкуснющая.
- А давай тогда назовём тебя ведьмицей, - осенило Голос, он на радостях смял шляпу, потом расправил её и, наконец, надел.
- Ведьмица, ведьмица, - покатала на языке Бруха, - вот это мне подходит. Ага, ведьмица - прелестница!
И Бруха отправилась по своим делам.
2.
Легко сказать: «Я пошла по своим делам!», а если своих дел совсем никаких нет?
«Тогда их нужно срочно придумать, - немедленно решила Бруха. - Во-первых, следует завести себе друзей. Мне мамочка всегда говорила: заводи друзей, Бруха, заводи друзей и побольше, чтобы было на кого колдовать!»
Но - скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается: на дорожке друзья не валялись.
«Завести друзей, завести друзей ,— бурчала ведьмица себе под нос, широко шагая по лесной тропинке, - а как они заводятся-то?»
Вдруг она остановилась и шлёпнула себя по лбу: «Я же собиралась набрать волшебной травы и сварить зелье!»- вспомнила она и решительно повернула назад.
Она быстро нашла свой дуб и принялась собирать чемерицу в подол сарафана.
- Что это ты там удумала? - раздалось из поднебесья.
- Не видишь что ли, траву собираю: буду заводить себе друзей.
- Хм, можно и травой, конечно, попробовать заманить, но лучше подать объявление: так, мол, и так, набираю друзей, - нравоучительно произнёс Голос.
- Ой, отстань пожалуйста, крокодилов учи, а я колдовать буду, - пробурчала Бруха, а громко спросила:
- А тебя как зовут? Мы уже давно знакомы, а я до сих пор не знаю твоего имени.
- Меня зовут Голос, - важно представился Голос, - а тебя?
- Меня — Бруха, и мамочку мою так звали.
- А что, правильное имя, - одобрил Голос, и, подумав минутку, добавил, - в переводе с одного колдовского языка означает «ведьма», ой, прости, - «ведьмица».
- Я так и знала, - нисколько не удивилась Бруха и, посчитав церемонию знакомства оконченной, поинтересовалась, - А где ты живёшь?
- Тут и живу, при дубе, у меня здесь, эмм... гнездо.
- Нет, гнездо мне не подходит, - решительно сказала Бруха и, кивнув, устремилась назад по тропинке.
«Эх, что же это я у него про объявление-то не узнала, - с досадой подумала она, пробежав несколько километров в неизвестном направлении, - надо бы всё-таки спросить».
Она развернулась, перехватив подол с чемерицей поудобнее, и ринулась обратно. Солнце уже завершало свой ежедневный круг, когда она без сил добралась до дуба.
- Эй, Голос! А что значит «подать объявление»? - крикнула она.
Ответа не последовало.
- Тебя что, там совсем нет? - она нетерпеливо постучала кулачком по стволу. Но Голос не отзывался.
Мощные ветви, уходящие в небо, надёжно скрывали от неё гнездо, в котором проживал Голос, и она решила, что он, наверное, улетел и нужно подождать его возвращения, потому что спросить про объявление было больше не у кого.
Бруха уютно устроилась под знакомой веткой и вскоре крепко заснула.
3.
Спала она долго и проснулась на следующее утро от странного запаха. Открыв глаза, она увидела около своего носа большие чёрные блестящие, с малиновой подкладкой...
- Калошы, - пискляво подсказали ей сверху.
Ведьмица протёрла глаза и села. Из калош росли вверх две худые, как спицы, длинные, зеленоватые ноги с уродливыми набалдашниками коленок. Бруха запрокинула голову — оттуда, тихонько покачиваясь на тонкой шее, смотрела на неё большими голубоватыми выпуклыми глазами, завёрнутая в серый, шершавый платок, голова.
- Ты кто? - удивилась Бруха.
- Говорите, пожалуйста, погромче, мне… плохо отсюда слышно, - прошелестело в ответ.
- Ты кто? - крикнула Бруха так громко, что сама вздрогнула от неожиданности.
Голова склонилась на бок и наступила тишина.
- Меня... зовут Микра, - наконец пропищала Микра, - я живу тут…недалеко…в Озере.
- А я - Бруха, - представилась ведьмица и подумала, - что-то последнее время так часто приходится называть своё имя, что уже никогда его не забудешь.
Микра смущённо пошаркала калошами.