Читаем Седьмое Дно (СИ) полностью

  Бруха кивнула.

  - Не, - сказал он, отодвигаясь от Брухи, - где-то мой.

  - Но у меня нет твоего и другого тоже нет, - пожала плечами Бруха.

  - Тогда нет, - сказал Чудь, обхватил себя ручками и нахохлился.

  - У тебя же вся шуба свалялась, - стала уговаривать ведьмица, - посмотри…

  Она хотела дотронуться до его меха, но он снова ускользнул от неё и чуть не свалился с тюфяка. Бруха ловко подхватила его и усадила обратно.

  - Перестань капризничать! - строго сказала Бруха.

  Большие глаза Чуди наполнились слезами.

  - Ладно, не реви, - вздохнула Бруха и убрала гребень обратно. «Как же с ним обращаться-то?» - подумала она.

  Чудь сразу повеселел и стал оглядывать комнату.

  - Шкаф надо, - заявил он, ткнув пальцем в стену.

  «У меня нет шкафа», - хотела ответить она, но побоялась, что он опять заплачет и неопределённо повела плечами.

  - Без шкафа как? - Чудь опять поскучнел.

  - Подожди, - весело сказала Бруха, - я сейчас.

  Она выбежала из домика и принялась за работу.

  Она свернула косу, показывая, какая ей нужна корзинка, но потом подумала, что такая будет маловата, и с другой стороны скруглила руку.

  арриба-абаха

  крендель-пендель-птаха

  пусть подарит ива

  чудную корзину

  И белоснежная корзина, с ручками оказалась у ног Брухи.

  Она схватила её и побежала в дом.

  - Вот, - она повертела корзину в руках, - твой новый дом.

  Чудь заинтересовался, слез с тюфячка и, забыв про больные ноги, полез внутрь. Корзина ему был как раз в пору.

  - Мне крышка - сказал он.

  - Почему тебе крышка? - удивилась Бруха, - это… дом… для тебя, - повторила она с расстановкой, думая, что Чудь не понял.

  Чудь вылез из корзины.

  - Мне крышка! - повторил он, глядя на Бруху широко распахнутыми глазами и сделал неопределённое движение рукой.

  -Ага, - догадалась Бруха, - тебе нужна крышка! Да?

  - Я и так это, - подтвердил Чудь.

  Бруха немедленно отправилась на улицу.

  арриба-абаха

  крендель-пендель-птаха

  пусть из старой шишки

  сделается крышка

  - Ох, и намаешься ты с ним, - сказал Голос, - пусть бы жил в дупле.

  - Ему там одиноко, - жалостливо сказала Бруха, - он и говорить-то толком не умеет, чирикает как-то по-своему. Я его хотя бы разговаривать научу и рисовать.

  - Ну, поиграйся, поиграйся, - улыбнулся Голос, - как наиграешься, скажешь. Тогда и придумаем что-нибудь.

  - Я не играюсь, я домового спасаю, - отрезала Бруха, - я за него теперь в ответе.

  Крышка была прилажена, и она несколько минут с удовлетворением смотрела на дело своих рук. Но Чудь, опять заполнивший собой внутренность корзины, снова заметался, и Бруха быстро сняла её.

  - Мне дырки нет, - сообщил Чудь изнутри.

  - А! Это просто! - сказала Бруха, - Устраивайся поудобнее, я посмотрю, на какой высоте раздвинуть прутья.

  Наконец, всё было сделано по-правилам, и Чудь, свернувшись в корзине, уснул. А ведьмица, чувствуя, что сон обошёл её стороной, отправилась прогуляться.

  День катился к вечеру, и Сорока прибыла на дерево, с которого было отлично видно дупло, где обитал Чудь и стала наблюдать. Потом она перелетела на соседнее дерево, потом поближе, ещё ближе и, наконец, села на ветку рядом с дуплом и прислушалась. В дупле было тихо. «Спит, наверное, паршивец», - подумала она и, рывком снявшись с дерева, воткнулась в него, намереваясь вытащить оттуда «паршивца» наружу. Но пустое нутро гостеприимно встретило сорокину голову, и она врезалась клювом в стену. «Так-так, - поняла Сорока, когда перестала кружиться голова, - спрятался, значит! Ничего, я тебя из-под земли достану!»

  27.

  Микра шинковала большим кухонным ножом селёдку. Она недавно узнала рецепт модного корма для медуз и решила его испробовать. Селёдки в её озере не водились, но, время от времени, по-ошибке заплывали из моря, и ей как-то удалось раздобыть одну во время ловли тины. И теперь она старательно измельчала её, чтобы порадовать свою любимицу. Медуза, как обычно, неподвижно висела посреди банки, безвольно опустив вниз щупальца, которые Микра любовно называла щупиками. Микра сложила фарш в гребешковую раковину, которая служила ей тарелкой и направилась к банке. Она тихонько постучала по её горлышку, и медуза шевельнула кончиком щупика, давая понять, что готова к диалогу. Микра наколола кусочек фарша на специальную камышовую палочку для кормления медузы, и поднесла её к бледному пельменеподобному куполу, чтобы любимица могла насладиться видом и ароматом предлагаемого лакомства.

  Вдруг она услышала плеск от брошенного в озеро камня. Микра вытащила палочку из банки, положила её на тарелочку, прикрыла салфеткой и поспешила на поверхность. На берегу стояла Бруха.

  - Это я! - закричала она, - То есть: Привет! Я не сплю! То есть, да! Потому что у меня!

  Она села на песок, и, как показалось Микре, заплакала. Фея немедленно очутилась на берегу.

  - Девочка моя,… - начала она, поправляя сбившийся платок и присаживаясь рядом с Брухой.

  - Где? - испуганно оглянулась ведьмица.

  - Девочка моя,… если позволите так… вас… называть, - сказала Микра и вопросительно посмотрела на Бруху.

  Бруха кивнула, и у неё снова потекли слёзы.

  Микра обняла Бруху, и та, привалившись к ней, повсхлипывала, повсхлипывала и уснула.