Читаем Себ полностью

Охранник, завидев ее, спустился со своей вышки и решил поприставать к девушке. Джулия оттолкнула его и уронила ведро. Дешифратор вылетел из ведра и привлек внимание охранника. Тот нагнулся, чтобы поднять предмет. Девушка схватила первый попавшийся предмет в руку, которым оказался черенок от сломанных вил. Она ударила по затылку охранника, подняла дешифратор и бросилась в стойло.

Молодой конь приплясывал от нетерпения. Животное, стихией которого должны быть степные просторы, вынуждено было большую часть жизни томиться в душном стойле. Джулия умело закрепила седло и одела уздечку. Она вывела коня на улицу и прислушалась. Во дворе все было спокойно. Девушка запрыгнула в седло и погнала животное прочь из города.

Джулия скакала до тех пор, пока луна, подобно шару сливочного масла на горячей сковороде, не растаяла посреди небосвода и не перестала освещать путь. Девушка не стала сворачивать к дому родителей, боясь потерять время, и не желая расстраивать их своим поступком. Отец уж больно гордился тем, что Джулия работала у самого дуче.

Девушка слезла с лошади, взяла ее под уздцы и двинулась пешком. Выбрав в качестве ориентира приметное созвездие, она держала путь прямо на него, рассчитывая не потерять направление. Чтобы занять время и отвлечься от неприятных мыслей девушка разговаривала с лошадью.

— Ты может и думаешь, что я дура и променяла счастливую жизнь на какую-то авантюру. Знаю, многие так будут думать, и родители мои в первую очередь. А я не хочу выбирать счастливую жизнь, потому что от нее веет такой тоской, хоть в петлю лезь. Знаю, что и мать моя с такой же тоской выбрала себе это счастье, как и ее мать, наверное. А зачем? Потому что, так надо, все так жили и не нам менять этот уклад, понимаешь? Какая-то дура много лет назад вышла удачно замуж, за богатого и по любви, но так как была дурой, то не смогла понять, что не у всех так быть должно, и начала усиленно внедрять свои представления в потомство, пока они их не впитали, а потом умерла, с чувством выполненного долга. Я счастлива, что смогла разорвать эту цепь «правильного» выбора. Я сделала свой, неправильный выбор, но мне от него хорошо.

Лошадь молчала и только шлепала ушами, отгоняя назойливых комаров.

Вдали показались костры. Девушка решила обойти их стороной, как можно дальше. Это могли быть и пастухи, и крестьяне, задержавшиеся в поле, а могли быть и патрули, занятые поиском товарищей Себастиена. Джулия понимала, что чем меньше людей увидят ее, тем труднее будет ее преследователям идти за ней по пятам.

Ночная жизнь природы была насыщенней, чем дневная. Стрекот сверчков, крики птиц и неповторимые запахи цветущих растений, растворенные в прохладном ночном воздухе, создавали ощущение более высокой плотности жизни на кубический метр, чем в дневном зное. Джулия наслаждалась ночью, и сожалела, что так бездарно просыпала это время раньше.

Линия горизонта просветлела. Скоро должно было показаться солнце. Дороги снова стали видны, и девушка вновь оседлала лошадь. Утренний влажный воздух заставил девушку прижаться к лошадиной шее. Мерный топот животного и усталость сделали свое дело. Джулия не заметила, как провалилась в сон.

Не проскакав и пару километров, конь под Мигелем встал как вкопанный. И без ветеринара было видно, что бока у животного раздуты. То же самое было и с лошадьми товарищей Мигеля.

— Вот, ведьма! — В сердцах сплюнул Мигель. — Обхитрила всех. Дуче, наивный дурак, думает, что бедная девушка ни при чем.

— Она еще вернется и вывернет все так, что это мы с тобой виноваты. — Сказал Рауль.

— Ну уж нет. Не доставлю такого удовольствия ни ей, ни дуче. Найду и закопаю по-тихому.

— Правильно, чего у нас, баб что ли смазливых в четверти мало. Забудет про Джулию, вспомнит Хуаниту.

— Идем назад, в город. Лошадей надо взять.

Устрашающая физиономия Мигеля, вместе с винтовкой действовали на сознательных горожан безотказно. В первых же дворах они разжились транспортом и двинулись дальше в погоню.

Мигель решил проложить маршрут через дом родителей Джулии. Если девушка заезжала в дом, то она непременно должна была рассказать куда собирается ехать. Правду из людей Мигель вытягивать умел.

Хуан Крус уже не спал и запрягал лошадь, собираясь ехать на полевые работы. Он без страха встретил незваных гостей, в которых сразу опознал помощников дуче. Мигель догадался, что отец ничего не знает про проделки дочери. Искреннее радушие в его лице не позволило с ходу влепить отцу всю правду.

Мигель и еще двое всадников спрыгнули с лошадей.

— Чего в такую пору? — Спросил Хуан.

— Ищем одного человека, беглого, не видели никого?

— Никого не видел. Целыми днями в поле торчу, свое убрал, теперь у Алонсо убираю. Спасибо дуче передайте, за то что разрешил. А кто сбежал? — Поинтересовался Хуан.

Мигель смерил его взглядом, на предмет искренности вопроса.

— Джулия. — Резко сказал Мигель, наблюдая за реакцией.

Хуан переменился в лице.

— Как… Джулия? Моя Джулия? — Спросил он с надеждой в голосе, что речь идет не о его дочери.

— Твоя. Сбежала ночью, и есть подозрение, что она держит курс прямиком в лес.