Читаем Сдвиг полностью

Чандлер стал переходить улицу, не сводя с него глаз, но Мельхиор оставался на месте и продолжал улыбаться. На Мейн-стрит послышался мотоциклетный рокот. Собравшиеся заволновались. Сознание Чандлера тут же заполнилось похожими одна на другую мыслями присутствующих: «Они уже рядом!»; «Интересно, а в жизни она такая же красивая?»; «Пусть он янки и католик, но все равно он наш президент!». И все эти мысли перекрывал громкий, полный отчаяния крик:

— Где же ты, Томми?

Столько в нем было боли! Чандлер невольно перевел взгляд на книгохранилище. Крик слышался с шестого этажа. Юго-восточное крыло. Окно. Очертания фигуры стоящего там человека. Лица не видно, потому что его закрывает…

Он услышал шипение и хотел было отскочить в сторону, но слишком поздно. От удара в живот чуть ниже ребер у него сбилось дыхание. Перед глазами запрыгали черные точки. Он напрягся, понимая, что тело вот-вот онемеет. Точки замелькали чаще, увеличились в размерах, стали яркими и разноцветными. Он понял: ему вкололи не транквилизатор, а ЛСД, причем дозу — чудовищную. Чандлер попытался взять себя в руки, но мир вокруг становился лишь ярче и громче. Должно быть, ему вкололи несколько тысяч доз.

Почувствовав на плече руку, Чандлер непонимающе поднял глаза и увидел рядом Мельхиора.

— Пошли, дружище, отойдем в сторонку.

— Что ты… — Язык не слушался. Земля уплывала, и Чандлер с трудом стоял на ногах: чтобы не упасть, он ухватился за руку Мельхиора. Мысли окружающих рассекали его мозг как тысячи бритв, превращая сознание в некое месиво измельченных обрывков. Кто-то вспомнил про корм для собак, который нужно купить по дороге, кто-то думал, как сообщить бойфренду о своей беременности. Одиннадцатилетний мальчик мечтал, что станет первым чернокожим суперменом, а сорокасемилетняя женщина прикидывала, не стоит ли добавить в салат из картофельного пюре немного укропу.

Но самыми сильными по интенсивности были мысли Каспара. Чандлер снова увидел его в приюте, и с каким обожанием он смотрел на Мельхиора, как дома в Новом Орлеане он сторонился матери, отчима, братьев, понимая, что совсем не похож на них. Как в тринадцать лет школьный надзиратель выговаривал ему за опоздание, а в семнадцать он записался в морскую пехоту. Перед глазами Чандлера промелькнули Калифорния, Япония, Россия, Англия, Финляндия, снова Америка, скитания Каспара по Югу, совсем как у современного Гекльберри Финна, пока он не оказался в Далласе одетым во все черное, с винтовкой в руках, как он просил Марину поторопиться и сделать снимок. Сколько перепадов для такой юной души. Он увидел полмира еще до того, как большинство людей только заканчивают колледж. И куда бы ни забрасывала его судьба, он везде искал любви и готовился убивать.

Новые образы. Каспар в советском посольстве в Мехико. Каспар в больнице Далласа с новорожденной дочерью. Каспар с винтовкой в руках разглядывает в оптический прицел Мельхиора, не зная, что это он.

— Держи, Чандлер.

Он почувствовал, как ему в руку что-то вложили, и, опустив глаза, увидел ручку от трости. Нет, не трости — это был зонтик. Хотя он и получил его от Мельхиора, но все равно с благодарностью оперся. На пальцах Мельхиора были красные пятна, и он сосредоточился на них, решив, что если заставит их исчезнуть, то восстановит над собой контроль. Однако уже через мгновение Чандлер осознал, что мир перестал вращаться, что голоса и картинки, заполнявшие сознание, постепенно стихли и превратились в невнятный и расплывчатый фон. Теперь он контролировал ситуацию, правда, не больше, чем погонщик слона, управлявший огромным самцом весом семь тонн. Однако красные пятна на пальцах Мельхиора никуда не исчезли.

Он заглянул в глаза своему врагу:

— Что ты сделал?

— А ты разве не знаешь? — ответил Мельхиор, не отводя взгляда. Его глаза широко раскрылись, и на мгновение показалось, что и сознание тоже. Чандлер увидел Мельхиора, стоявшего перед одетым с иголочки лысым мужчиной за полированным письменным столом, увидел Каспара на коленях перед Мельхиором, увидел, как БК падает на пол и как Мельхиор с размаху закалывает его в сердце и оттаскивает тело…

— Ну же, Чандлер, — произнес Мельхиор, — давай дальше!

Чандлер сделал усилие, и Мельхиор, вздрогнув, сделал шаг назад. Его глаза закрылись, но сознание распахнулось. Чандлер уже видел, как человек перед ним стал Мельхиором. Теперь ему предстояло узнать, чем это закончилось.