Но даже и эти мысли не смогли нарушить моего ощущения внезапного счастья, и, проснувшись утром в гостинице, я поймал себя на том, что этот восторг распространился даже на сны – всю ночь мне снилось что-то светлое и радужное, прямо как в детстве.

Вот как бывает

Так пролетели эти поначалу тягостные, а затем, стоит признаться, не самые скучные полтора года моей, в общем, довольно нудной жизни, а теперь, искрясь от переполнявшего меня счастья, я стоял на регистрации в Шереметьево, радуясь каждому мгновению. Жизнь и вправду чудесна!

– Ну, привет! – услышал я за спиной знакомый голос.

Я обернулся. Передо мной стоял Костя. Он еще больше стал похож на ищущего – скорее даже на уже нашедшего – истину: одухотворенный и уверенный взгляд, двухнедельная небритость, неторопливые, спокойные движения. А ведь прошло не более полугода с тех пор, как мы виделись в последний раз.

– Куда летишь?

– В Питер на недельку, а оттуда обратно во Вьетнам. – Несмо тря на свое внешнее спокойствие, Костя казался слегка грустным.

– У тебя все в порядке? – на всякий случай спросил я.

– Все просто замечательно, – кивнул он и после едва заметной паузы добавил: – У меня.

Через секунду выяснилось, что мы оба летим в Питер одним рейсом, а девушка за стойкой регистрации оказалась настолько любезной, что нашла нам места рядом. Я был несказанно рад – меня разрывало на части от любопытства, что же чувствует по-настоящему свободный человек, но также не терпелось поделиться с Костей моим недавно обретенным счастьем. Я тут же радостно принялся рассуждать о том, как все круто, как я доволен жизнью, что все вдруг наладилось. Главное, надо начать что-то делать!

– Знаешь, после нашей той встречи я понял, что надо жить так, чтобы получать удовольствие! – закончил я свою мысль, когда мы уселись в кафе, ожидая объявления посадки.

Я взял кофе, сделал глоток и понял, что именно его мне и не хватало – вчерашний вечер для организма бесследно не прошел.

– Понимаешь, всё, что в этой жизни мы считаем удовольствием, просто кажется нам таким. На первый взгляд, – спокойно произнес Костя.

– Как это?

Костино заявление подействовало на меня как холодный душ. Я-то наивно надеялся услышать что-то вроде «Поздравляю!» или хотя бы «Ну вот, я же тебе говорил!».

– Очень просто! – с тем же легким оттенком грусти продолжил Костя. – Все попытки найти какое-то удовлетворение без оттенка разочарования по определению не могут увенчаться успехом, – усмехнулся он.

Надо признаться, мне стало слегка не по себе! Думать о том, что весь этот восторг вдруг закончится, совсем не хотелось, а Костя тем временем продолжал:

– По этому поводу еще старик Джаггер сокрушался, когда еще не был стариком. Думаю, что, повзрослев, он понял бесперспективность этих попыток. Рискну предположить – если кто-то может мне возразить, – что он в этот момент полного удовлетворения был не в себе или просто еще не ощутил разочарования – оно, бывает, запаздывает с появлением. Конечно, каждый раз остается надежда, что потом будет лучше. В первый раз думаешь, что в следующий-то обязательно будет лучше, а потом надеешься, что будет как в первый раз. И эта аксиома справедлива не только относительно секса. Это касается всего. Всего, что, как нам кажется, приносит удовлетворение.

– И давно ты это понял? – скептически скривился я.

– Нет, не очень, только когда осознал, что значит жить по-настоящему.

– А что это значит?

– Это значит не бежать по замкнутому кругу, не быть постоянно загруженным мыслями о совершенно ненужных и неважных делах!

– Но совсем без дел тоска настанет!

– Все дела в жизни созданы для того, чтобы отвлекать от чего-то более важного.

– Кем созданы?

– Тобой. Чтобы пустоту заполнить, которая тебя окружает. Ведь все так ее боятся, вот поэтому для многих цель жизни – заполнить эту пустоту, хотя они и себе, и другим говорят совсем другое. Иначе странная была бы цель, – пожал Костя плечами.

– Какую пустоту? – Я начал уже беспокоиться, не поехала ли у Кости там, во Вьетнаме, крыша.

– Можешь вспомнить, когда последний раз ты один надолго оставался – без телефона, без Инета, без того, чтобы в голове дела не прокручивать?

– Не помню, давно, наверное, – вдруг удивился я, осознав, что, даже находясь один, постоянно мусолю в голове мысли – то о Саше, то о Вике, то о том, как мне все надоело…

– И не вспомнишь! Ты же все время своими мыслями занят, все время хочешь чего-то – одно заполучить, от другого избавиться…

– А разве кто-то не хочет? Всем ведь чего-то надо!

– А почему? Никогда не думал?

Я замолчал – мне и правда никогда не приходило в голову об этом подумать.

– Нет, не думал. Всем ведь чего-то хочется. А какая разница почему?

Костя на мгновение задумался. Я даже сперва подумал, что он и сам не знает, но, скорее всего, он просто подбирал нужные слова.