— Около того бара, что ли?

— Какого бара?

— "Паба". Где Самалсон мог потерять свой бинокль. «Паб». На углу Тринадцатой Северной и Эмберли-стрит?

— Думаешь, тут есть связь? — спросил Хейз.

— Кто знает… — задумчиво произнес Карелла. — Если этот малый пообедал у «Эди — Джорджа», он вполне мог после этого зайти в «Паб» чего-нибудь выпить. Может, там он и нашел бинокль Самалсона.

— И что нам это дает?

— Ничего, — согласился Карелла. — Просто заключительный штрих, для полноты картины. Мысли вслух, не более.

— Угу, — пробурчал Хейз. 19.40.

— Но этот хозяин столовой его не опознал? — спросил Мейер. — Рисунок наш?

— Нет. В столовой ниточка оборвалась. Этот Джордж только и говорил что о своей любви к компаньону Эди. Он, мол, ему как сын родной и так далее. Джордж — сирота, во всем мире никого. Ну, и очень привязан к своему малышу.

— Малышу? — удивился Карелла.

— Ему тридцать четыре. Но для Джорджа, которому пятьдесят шесть, он малыш.

— Забавное партнерство, — сказал Карелла.

— Познакомились-то они давно.

— А система партнерства обычная?

— Ты о чем?

— В случае смерти одного компаньона и отсутствия у него родственников все дело переходит к другому?

— Наверное, — Хейз пожал плечами. — Да. Джордж говорил, что дела они ведут по обычной системе.

— То есть, если Джордж отдаст концы, столовая переходит к его компаньону, так? Ты ведь сказал, что у Джорджа во всем мире никого, да? Никаких претендентов на наследство?

— Ну да, — кивнул Хейз. — И куда ты клонишь?

— Вполне возможно, Эди ждет не дождется, когда Джордж прикажет долго жить. Вполне возможно, сегодня в восемь он ему собирается в этом помочь.

Все тут же взглянули на часы. Было 19.42.

— Теория недурна, Стив, — заметил Хейз, — но есть слабые места.

— Например?

— Например… Разве Джордж похож на леди?

— М-м-м, — промычал Карелла.

— И самое главное, мы же показывали рисунок и Джорджу, и девушке Корта. И они его не узнали. Значит, наш убийца — не Эди Корт.

— А чего тебе вдруг пришло в голову, что Джордж — это Леди? — спросил Кареллу Мейер. — От жары, что ли?

— А он случайно не того, не гомик? — Карелла не хотел отказываться от своей версии. — Этот твой Джордж?

— Это отпадает, Стив. Я бы заметил. Ничего такого нет.

— Я просто искал… сам не знаю… какая-то связь с Леди. — Он хлопнул ладонью по письму. — Но если он не… ну, тогда… — Он пожал плечами.

— Нет, нет, — сказал Хейз. — Ты не там ищешь.

— Да, ты прав. Я просто подумал… черт, мотив уж больно подходящий.

— Увы, под наши факты он не подгоняется. — Мейер улыбнулся. — Может, изменим факты и подгоним их под твою теорию, а, Стив?

— Что-то я сегодня устал, — произнес Карелла. — День сегодня тяжелый.

— Пойдешь по пивку? — поинтересовался Хейз. — Когда все это кончится?

— Может быть.

— Да, идейку он подал хорошую, этот Джордж, — сказал Хейз. — Как только его лавочка разгрузится, он пойдет вот сюда. — Он машинально ткнул пальцем в эмблему пива «Баллантайн», с помощью которой была составлена цифра 8. Потом его палец замер.

— Эй! — воскликнул он.

— Восемь, — сказал Карелла.

— Хочешь сказать, что?..

— Не знаю.

— Но…

— Думаешь, убийца подсказывает нам? Подсказывает, где?

— Бар? В восемь? Так, что ли?

— Святая Мадонна, Коттон, неужели ты думаешь, что?..

— Подожди, Коттон. Подожди чуть-чуть.

Все даже приподнялись в своих креслах. Часы на стене показывали 19.44.

— Если это бар… Может быть, «Паб»?

— Может быть. Но кто жертва?

— Леди. Тут же сказано — Леди. Но если эта восьмерка имеет скрытый смысл, то и… Леди. Леди. Кто же это?

На мгновение мужчины замолчали. Мейер вытащил еще одну таблетку от кашля и бросил пустую коробочку на стол.

— Джордж, наверное, пойдет в «Паб», — рассуждал Карелла. — Он же сказал, бар на их улице, так? Как раз там Самалсон потерял бинокль. Может, Джордж и есть жертва. Я просто не вижу других вариантов, Коттон.

— Да, но Леди? Как, черт возьми, Джордж Ладдона может быть Леди?

— Не знаю. Но думаю, что нам…

— Святая!..

— Что? — Карелла поднялся. — Что?

— Господи Иисусе! Переведи это, Стив, ты же итальянец! Переведи «Ладдона». Это же леди! Леди!

— La donna! — воскликнул Карелла. — Я идиот… Значит, он хочет, чтобы его остановили. Черт подери, Коттон, убийца хочет, чтобы его остановили! Он сказал нам, кого он хочет убить и где. Убийца…

— А убийца-то кто? — спросил Хейз, поднимаясь. Взгляд его упал на лежавшую на столе коробочку из-под таблеток от кашля, и он закричал: — Смит! Смит!

И они стремительно вылетели из отдела. Часы на стене уже показывали 19.47.

Глава 16

Стоя на мусорном ящике в прилегающей к «Пабу» аллее, человек сквозь маленькое окно отлично видел стол, за которым сидел Джордж Ладдона.

Итак, он не ошибся. Значит, он действительно хорошо знал привычки Джорджа и правильно предположил, что по дороге домой из столовой тот обязательно зайдет в «Паб», сядет за свой обычный столик и закажет большой бокал пива. А осушив его, закажет другой… Только сегодня другого не будет, другого бокала пива больше не будет никогда, потому что в восемь часов он умрет.

Человек посмотрел на светящийся циферблат своих часов.

19.52.

Через восемь минут Джордж Ладдона умрет.