— Отель «Ривердикс», — раздался голос.

— Мне нужно поговорить с Эди Кортом.

— Сейчас позвоню ему в номер.

Хейз ждал. Телефонистка звонила.

— Извините, сэр, его номер не отвечает.

— Попробуйте еще раз, — сказал Хейз.

— Хорошо, сэр. — Она попробовала еще раз. И еще раз. И еще и еще раз. — Извините, сэр, — сказала наконец она. — Никто не берет трубку.

— Спасибо, — буркнул Хейз и нажал на рычаг. Выйдя из кухни, он поискал Джорджа.

— Его нет дома.

— О-о… Как жаль. Позвоните его девушке. Фелиция Пэннет. Она тоже живет в Айсоле.

— Где именно?

— Точного адреса не знаю. Где-то в центре. — Джордж обернулся к клиенту. — Да, сэр, — откликнулся он. — Не посмотрите ли сначала меню?

— Мне только сандвич с беконом и помидором, — ответил человек. — И чашку кофе.

Джордж повернулся к проходу на кухню.

— Сандвич с беконом! — крикнул он. — Один! — Он повернулся к Хейзу. — Уж скорее бы день кончался! Знаете, что я сделаю после работы?

— Что?

— Как только народ схлынет, примерно через полчасика, я пойду перехвачу пивка. Есть тут одно местечко на нашей улице. Может, парочку кружечек. А может, просижу там целый вечер. У меня сейчас такая жажда, кажется, выпил бы целую бочку. Прямо не терпится. Еще полчасика, и фюить — только меня и видели.

Он упомянул время, которое для Хейза было врагом номер один, и Хейз машинально взглянул на свои часы. Было без трех минут семь.

Остался всего один час.

— Ну спасибо, — попрощался он с Джорджем и вышел из столовой.

На улице он остановился. Что делать? Девушка живет в Айсоле. Поехать туда? А стоит ли игра свеч? А если Эди там нет? А если даже он там, но человека на рисунке не узнает? А если даже узнает, останется ли время остановить убийцу? Он еще раз посмотрел на часы.

Семь часов.

Хватит времени?

Могут они еще остановить его? Могут помешать ему убить женщину — неизвестно какую?

Но что же тогда делать? Возвратиться к себе в отдел и там прождать час? Просидеть там с ребятами, а убийца в это время будет аккуратно прицеливаться в свою жертву, а потом нажмет на курок люгера?

Так как же быть, черт возьми? Если поторопиться, включить сирену и дать хороший газ, можно добраться до Айсолы за десять минут. Еще десять минут на разговор с Эди — если он там — и еще десять на возвращение в участок. У себя в отделе он будет уже в 19.30, и если Эди опознает человека на рисунке… Если, если, если…

Хейз вошел в аптеку и шагнул прямо к телефонным будкам. В книге абонентов он поискал адрес Фелиции Пэннет, нашел, но решил сначала позвонить. Если Эди там нет, она ему об этом скажет, и тогда незачем будет ехать.

Повторив про себя номер, он вошел в будку и набрал его. Раздались короткие сигналы.

Он повесил трубку и подождал. Затем набрал номер снова.

Опять занято.

Проклятье, да он просто тратит время! Если номер занят, значит, кто-то дома! Да и не может он, черт возьми, проторчать оставшийся час в этой будке. Он вышел из аптеки и подбежал к своему полицейскому седану.

Машина рванулась от тротуара. Он включил сирену.

Глава 14

Натан Хейл-сквер[32] разделяет остров Айсола на две почти равные части. Высеченный из камня национальный герой возвышается посередине большой площади, где расположен городской торговый центр: дорогие магазины одежды, книжные магазины, аптеки, автомобильные салоны, отели. Жара никак не влияла на этот бурлящий и кипящий котел. Впрочем, жара вообще редко останавливает охотников за звонкой монетой.

Однако Натан Хейл, типичный представитель благородного, но давно ушедшего времени, когда людей больше всего на свете заботили революции, взирал на проходящую перед его глазами деловую гонку совершенно спокойно, по сути дела, глядя в сторону. А вокруг него сидели на скамейках горожане, которые кормили голубей, читали газеты или просто глазели на проходящих мимо девушек в легких летних платьицах. Глазеть на девушек в летних платьицах — это было любимое времяпрепровождение всего города, занятие тоже не подвластное никакой жаре.

Застряв на площади в водовороте машин, Хейз и сам засмотрелся на девушек в тонких платьях. Но вот пробка рассосалась, снова взвыла сирена, машина рванулась с места — и девушки остались позади. Хейз описал по площади дугу, услышал за спиной ругань какого-то мотоциклиста и резко свернул направо, к дому, где жила Фелиция Пэннет. Подогнав седан к тротуару, он выдернул ключ зажигания, хлопнул дверцей машины и, прыгая через две ступеньки, вбежал в парадное.

В списке жильцов, висевшем рядом со звонком, он нашел нужную фамилию. Взявшись за ручку двери, Хейз нажал на кнопку звонка. Щелкнул замок, и дверь открылась. Распахнув ее, Хейз вошел в холл первого этажа. В глубине холла он увидел клеть лифта. Он бросился было к ней, но вспомнил, что не посмотрел номер квартиры Фелиции. Ругаясь и бормоча под нос нечто вроде «поспешишь — людей насмешишь», он вернулся к входной двери, открыл ее и, придерживая ногой, высунулся наружу, чтобы прочитать номер квартиры на табличке у звонка. Шестьдесят третий.