Читаем Сбытчик полностью

— Ты входил сегодня утром в это здание и спрашивал дежурного сержанта?

— Нет, — ответил мальчишка.

— Ты передавал письмо этому человеку? — Бернс указал на Мерчисона.

— Нет, — ответил мальчишка.

— Врет, — уверенно заявил Мерчисон. — Это он.

— Ну же, Фрэнки, — мягко произнес Бернс. — Ведь ты принес сюда письмо, разве нет?

— Нет.

Большие голубые глаза мальчика были полны страха, страха перед законом, прочно укоренившегося в сознании каждого живущего в этом квартале.

— Тебе нечего бояться, сынок, — попытался успокоить его Бернс. — Мы хотим найти человека, который дал тебе это письмо. Это ведь ты принес его сюда, правда?

— Нет, — ответил мальчишка.

Терпение Бернса явно подходило к концу, и он повернулся к другим детективам. Ему на помощь пришел Хейз.

— Тебе ничто не угрожает, Фрэнки. Мы просто ищем человека, который дал тебе это письмо, понимаешь? Скажи, где ты первый раз с ним встретился?

— Я ни с кем не встречался, — ответил мальчишка.

— Мейер, остальные дети нам не нужны, отпустите их, — приказал Бернс.

Мейер начал выпихивать всю ораву за дверь. Когда Фрэнки понял, что остается один, глаза его стали еще больше.

— Ну, так что же, Фрэнки? — спросил Карелла. Он машинально шагнул вперед и вступил в круг, смыкавшийся вокруг мальчишки. Мейер вернулся и тоже встал вместе с Бернсом, Хейзом и Кареллой. Сцена выглядела довольно забавно. Комизм ситуации дошел до всех детективов одновременно. Они совершенно машинально избрали такое построение для интенсивного перекрестного допроса, готовые выпустить в окруженную жертву очереди вопросов, только на сей раз их жертвой был всего лишь десятилетний мальчишка, и они чувствовали себя какими-то уличными хулиганами. И все же этот мальчуган мог дать им ниточку к человеку, которого они искали, ниточку, возможно, куда более полезную, чем мифическое пока что имя М. Самалсон. Они не хотели открывать огонь сами и словно ждали, когда командир даст сигнал к атаке.

Бернс выстрелил первым.

— Итак, Фрэнки, мы зададим тебе несколько вопросов, — начал он мягко, — и хотим, чтобы ты на них ответил. Хорошо?

— Хорошо.

— Кто дал тебе это письмо?

— Никто.

— Это был мужчина?

— Не знаю.

— Женщина? — спросил Хейз.

— Не знаю.

— Ты знаешь, что написано в письме? — спросил Карелла.

— Нет.

— Ты открывал его? — спросил Мейер.

— Нет.

— Но письмо все-таки было?

— Нет.

— Ты ведь приносил письмо?

— Нет.

— Ты нас обманываешь, да?

— Нет.

— Где ты встретился с этим человеком?

— Я ни с кем не встречался.

— Возле парка?

— Нет.

— Возле кондитерской?

— Нет.

— В переулке?

— Нет.

— Он был в машине?

— Нет.

— Но человек все-таки был?

— Не знаю.

— Мужчина или женщина?

— Не знаю.

— В письме написано, что сегодня вечером он хочет кого-то убить. Ты знаешь об этом?

— Нет.

— Ты хочешь, чтобы этот человек, мужчина это или женщина, кого-то убил?

— Нет.

— А вот он хочет кого-то убить. Так написано в письме. Он хочет убить какую-то леди.

— Этой леди может быть твоя мама. Фрэнки.

— Ты хочешь, чтобы этот человек убил твою маму?

— Нет.

— Тогда скажи нам, кто он. Мы хотим ему помешать.

— Не знаю я, кто он! — вдруг взорвался Фрэнки.

— Ты что, раньше его не видел?

Фрэнки начал плакать.

— Нет, — просопел он. — Никогда.

— Расскажи, Фрэнки, как все получилось, — произнес Карелла, протягивая мальчику платок.

Фрэнки потер платком глаза, потом высморкался.

— Он просто подошел ко мне, и все, — сказал он. — Я не знал, что он хочет кого-то убить, клянусь богом!

— Мы знаем, Фрэнки, что ты не знал. Он был на машине?

— На машине.

— Какой марки?

— Не знаю.

— А цвет?

— Голубой.

— С откидным верхом?

— Нет.

— Значит, седан?

— Что такое седан?

— С твердой крышей.

— Да.

— А номер не заметил?

— Нет.

— И как все получилось, Фрэнки?

— Он из машины позвал меня. Мне мама говорила, чтобы я никогда не садился в машины к незнакомым людям, но он-то меня в машину и не звал. Он просто спросил, не хочу ли я заработать пять зелененьких.

— И что ты ответил?

— Я спросил как.

— Продолжай, Фрэнки, — подбодрил Бернс.

— Он сказал, что я должен отнести письмо в полицейский участок за углом.

— На какой это было улице, Фрэнки?

— На Седьмой. Как раз за углом.

— Хорошо. Продолжай.

— Он сказал, что я должен войти, спросить дежурного сержанта, передать ему письмо и уйти.

— Пять долларов он тебе дал сразу или потом?

— Сразу, — сказал Фрэнки. — Вместе с письмом.

— Они еще при тебе? — спросил Бернс.

— Кое-что я уже истратил.

— Банкнота нам бы все равно ничего не дала, — заметил Мейер.

— Конечно, — кивнул Бернс. — Ты хорошо его запомнил, Фрэнки?

— Очень хорошо.

— Описать его можешь?

— Ну, у него были короткие волосы.

— Очень короткие?

— Да.

— А глаза какого цвета?

— Вроде бы голубого. Светлые — это уж точно.

— Никаких шрамов не заметил?

— Нет.

— Усы?

— Нет.

— Во что он был одет?

— В желтую спортивную рубашку, — сказал Фрэнки.

— Он самый, — вмешался Хейз. — Тот, с которым я сцепился в парке.

— Мне нужен полицейский художник, — заявил Бернс. — Мейер, займитесь этим. Если вариант с Самалсоном лопнет, разошлем рисунок по всем участкам. — Он круто повернулся. В его кабинете звонил телефон.