Читаем Сбытчик полностью

Сэм Гроссман определил, что бинокль выпущен фирмой «Питер-Вондигер». Судя по серийному номеру, он был изготовлен примерно в 1952 году. В то время фирма выпускала много военной продукции, но поскольку на внешней поверхности стекол противоотражательного покрытия не было, бинокль явно не предназначался для армии. Связавшись с фирмой по телефону, Сэм установил, что эта модель уже снята с производства, заменена новой и в продажу не поступает. Тем не менее, пока люди Сэма снимали с бинокля отпечатки пальцев, сам он взялся за составление его технической характеристики для работников участка. Сэм Гроссман отличался методичностью и считал, что для тех, кто расследует дело, важны мельчайшие, самые, казалось бы, незначительные подробности. Поэтому он не упустил ни одной детали.

На бинокле были найдены отпечатки двух людей. Одни, понятно, принадлежали Коттону Хейзу. Другие представляли собой четкие рисунки пальцев обеих рук — такие отпечатки можно было оставить, лишь используя бинокль по назначению, следовательно, они принадлежали нападавшему. Фотографии отпечатков были немедленно посланы по фототелеграфу в Бюро учета правонарушителей, а также в ФБР с просьбой срочно провести опознание.

Сэм Гроссман молил бога, чтобы пальцы, отпечатавшиеся на бинокле, уже наследили в прошлом хоть в каком-нибудь уголке Соединенных Штатов.

* * *

13.10. Лейтенант Бернс развернул на столе газету.

— Как вам это нравится, Хейз? — спросил он.

Пробежав страницу глазами, Хейз наткнулся на объявление:

Только в «Бриссон Руф»! Джей Леди Эстор — фортепьяно и вокал — в лучших традициях Леди Эстор!

С фотографии улыбалась молодая темноволосая женщина в облегающем вечернем платье.

— Я не знал, что она в городе, — произнес Хейз.

— Что-нибудь о ней слышали?

— Да. Она котируется достаточно высоко. Довольно своеобразная манера исполнения. Что-то в стиле Кола Портера, представляете примерно? Много у нее всякой белиберды, и песенки сомнительные, но в способностях ей не откажешь.

— Как ваша кисть?

— Отлично, — сказал Хейз.

— Думаете, следует заняться этой дамочкой?

— Конечно.

На столе зазвонил телефон. Бернс поднял трубку.

— Бернс, — сказал он и стал слушать. — Конечно, Дэйв, давай его сюда. — Он прикрыл рукой трубку. — Из лаборатории, — сообщил он Хейзу и, убрав руку, принялся ждать. — Привет, Сэм, что нового? — Бернс слушал, лишь время от времени вставляя «угу». Так прошло минут пять. Наконец, Бернс сказал: — Ну, спасибо, Сэм, — и повесил трубку.

— Что-нибудь есть?

— На бинокле нашли четкие отпечатки. Сэм уже послал фотографии в Вашингтон. Теперь остается уповать на бога. Вместе с биноклем Сэм посылает нам свой отчет. Бинокль образца пятьдесят второго года, модель снята с производства. Как только мы его получим, я отправлю Стива и Мейера по лавкам подержанных товаров. Ну, а что с этой Леди Эстор? Думаете, она и есть мишень?

Хейз пожал плечами.

— Надо проверить.

— Это вполне возможно, — сказал Бернс и, в свою очередь, пожал плечами. — А почему бы и нет? Личность она известная. Может быть, какому-то кретину не нравятся ее пошлые песенки. Что вы об этом думаете?

— Я думаю, стоит попытаться.

— Только быстро, — предупредил Бернс. — Чтобы никаких там песенок. Вполне возможно, что до восьми вечера нам предстоит еще не одна попытка. — Он взглянул на часы. — Черт возьми, время-то как летит, — пробормотал он.

* * *

Хейз позвонил в «Бриссон Руф», и ему ответили, что первое выступление Джей Эстор начинается в восемь вечера. Однако адрес ее менеджер наотрез отказался сообщить — даже детективу. Менеджер потребовал, чтобы Хейз назвал ему номер своего телефона. Хейз назвал, и менеджер тотчас перезвонил. Он был полностью удовлетворен разговором с дежурным сержантом, который соединил его с отделом сыска: теперь ясно, что с ним хочет говорить настоящий коп, а не какой-нибудь воздыхатель из толпы поклонников Леди Эстор. Он назвал Хейзу адрес, по которому Хейз тотчас же и отправился.

Хейза несколько удивило, что мисс Эстор живет не в отеле, где выступает, но, видимо, она считала, что работать и развлекаться нужно в разных местах. Квартира ее находилась в одном из фешенебельных районов в южной части Айсолы, в коричневом каменном доме. Хейз доехал туда за десять минут. Поставив машину у тротуара и поднявшись по ступенькам к входной двери, он вошел в маленький чистенький вестибюль. Пробежав глазами фамилии на почтовых ящиках, он не обнаружил Джей Эстор ни на одном из них. Пришлось выйти на улицу и на площадке перед дверью еще раз проверять адрес. Адрес был правильный. Тогда Хейз вернулся в вестибюль и позвонил управляющему. Раздался громкий звонок. Затем где-то открылась и закрылась дверь, послышались шаги, и, наконец, открылась занавешенная дверь, за портьерой.

— Что вам угодно? — спросил старик в домашних тапочках и выцветшем голубом халате.

— Я хотел бы видеть мисс Джей Эстор.

— Никакой мисс Эстор здесь нет, — отрезал старик.

— Я не поклонник и не газетчик, — объяснил Хейз. — Я из полиции. — Вытащив бумажник, он раскрыл его и показал жетон.

Старик внимательно рассмотрел его.

— Вы детектив?

— Да.