Читаем Сбытчик полностью

Браун чуть оттянул маску, с силой выдохнул воздух, потом сделал глубокий вздох и сказал: “Все в порядке”, после чего направился к дому. Он был человеком могучего телосложения — рост шесть футов и четыре дюйма, вес — двести двадцать фунтов, мощные плечи и грудь, длинные крупные руки. Кожа у него была очень темного оттенка, почти черная, волосы вились мелким барашком. Кроме того у него были широкие ноздри и толстые губы. Одним словом, он очень походил на типичного негра, каковым он и являлся в действительности. При этом он совсем не походил на тех очень милых красавцев-негров, которых так любят изображать белые в рекламных проспектах или в телерекламах. Он, собственно, походил, прежде всего, на самого себя. И именно таким он нравился своей жене Каролине, таким его любила его дочь Конни. По их мнению, внешность его была самая подходящая, а что важнее всего — именно таким он нравился самому себе. Хотя, если честно говорить, в настоящий момент выглядел он не очень-то привлекательно: противогаз закрывал все его лицо, да еще на спину был подвешен баллон с кислородом. Он вошел в дом и остановился прямо у двери, осматривая комнату. Он сразу же обратил внимание на две параллельные полосы, которые тянулись по полу поперек комнаты. Он пригляделся к ним повнимательнее. Полосы были черные и шли на одинаковом расстоянии друг от друга. Поразмыслив, Браун понял, что они оставлены каблуками. Он выпрямился и направился к камину, у которого полосы кончались. Он старался не прикасаться ни к чему — ни к решетке камина, ни к вещам, которые были расположены рядом с ним — этим займутся ребята из криминологической лаборатории. Однако в том, что следы эти оставлены каблуками ботинок того человека, тело которого протащили по комнате от взломанной двери к камину, он был теперь совершенно уверен. Как ему стало вчера известно, тело Месснера было обожжено на огне, поддерживаемом с помощью дров. Ну что ж, камин этот несомненно, отапливался дровами, а запах, который они с Уиллисом обнаружили здесь, чертовски походил на запах горевшего человеческого тела. А тут еще и эти следы, оставленные на полу каблуками, следы, ведущие прямо к камину.

Единственным нерешенным вопросом оставался все-таки вопрос о том, действительно ли в каминном очаге было обожжено тело Эрнеста Месснера или кого-нибудь другого. Однако на этот вопрос он пока не мог ответить с полной определенностью. А кроме того, очки его противогаза уже начинали запотевать. Он вышел на свежий воздух, снял маску противогаза и предложил Уиллису съездить в Миддлбат или в Йорк, чтобы поговорить там с агентами по продаже недвижимости и выяснить у них, кому принадлежит дом с используемым не по назначению камином.

* * *

Элейн Хиндс была маленькой рыжеволосой женщиной, голубоглазой и с очень ярко окрашенными ногтями. Она явно была поклонницей мужчин небольшого роста и внешность Хола Уиллиса произвела на нее неотразимое впечатление, так как именно он считался самым низкорослым детективом во всем восемьдесят седьмом участке. Совершенно обалдев от столь неожиданного визита в принадлежащую ей контору по торговле недвижимостью двух детективов, один из которых показался ей просто душкой, она уселась в кресло-качалку, закинула ногу на ногу и с улыбкой прикурила от любезно поднесенной Уиллисом спички, нежно проворковав “благодарю вас”, и лишь после этого попыталась сообразить, о чем это он спросил ее. Она вытянула перед собой ноги, потом снова закинула одну ногу на другую и только тут наконец припомнила.

— Значит, вас интересует дом на четыреста седьмой?

— Да. Не могли бы вы сказать нам, кто является его владельцем — спросил Уиллис.