Читаем Сапфировая Ярость полностью

Она не знала, что делать дальше, нужно было что-то придумать, но в голове не было ни одной мысли. Сара заставляла себя делать каждый вдох, пытаясь избегать столкновения с его огненными и колющими, словно два кровавых кинжала, глазами. Ей казалось, что если она будет смотреть в них слишком долго, то обязательно умрет. Поэтому сосредоточила свой взгляд на деревянной рукоятке ее любимого ледоруба, принявшей на себя удар.

В Малеоне деревья были редкостью, да и рукояти ледорубов делали в основном из металлических сплавов, но ее отцу удавалось привозить из экспедиций особенные вещи. У этого ледоруба была рукоять из особо крепкого дерева, название которого Сара уже не помнила. Но, конечно, она не может быть прочнее металла. Сара всеми силами старалась сохранять спокойствие, не желая думать о том, что неправильная рукоятка ледоруба сейчас может стоить ей жизни.

Сэм остолбенел. Его вытаращенные глаза даже не моргали, все происходившее протекало для него в замедленном действии и больше походило на сериал, чем на реальность. Его взгляд был прикован к Саре, к тому, как отчаянно она пыталась противостоять волку, который может разорвать ее глотку в любой момент. К страху и ужасу, переполнявшим Сэма, добавилось чувство отвращения к собственной трусости и беспомощности. Он всегда был человеком с ответами, даже на самые бессмысленные вопросы, но сейчас он просто стоял на месте, утопая в собственной никчемности и изнывая от крутящихся в голове мыслей: «Что делать? Что будет с Сарой? Что будет с нами?»

Долгой борьбы она не выдержит, еще чуть-чуть – и щепки деревянной рукоятки ледоруба разлетятся во все стороны, и следующей в пасти зверя окажется глотка Сары. Эта мысль внезапно вырвала его из оков страха, и он ощутил всю ужасающую реальность происходящего и внезапно вспомнил о вазе, стоявшей позади на подоконнике. «Она хоть и не нанесет зверю значительно вреда, но сможет немного отвлечь», – подумал он. Понимая, что нужно действовать быстро и других идей нет, он резко повернулся к окну, схватил вазу и со всей силой, что смог собрать в себе, бросил ее в волка, целясь ему в голову.

Осколки фарфора разлетелись по полу, в глазах зверя на мгновение потемнело, его хватка ослабла. Этого момента Саре хватило, чтобы вырвать из его пасти ледоруб и зазубренным металлическим клювом ударить волка в грудину. Зубцы металла застопорились в ребрах, и когда Сара резко выдернула рукоять, с треском ломающихся костей потоком хлынула кровь. Хищник неистово взвыл и рухнул на старый деревянный пол, подняв вверх облако пыли. Сара прокашлялась, быстро встала и отошла к окну, где стоял испуганный Сэм.

Превозмогая боль, волк пытался подняться на белоснежные лапы, запачканные кровью. Он с еще большим остервенением оскалился на незнакомцев, взмахнув крыльями. Сара, вцепившись в липкую от его крови рукоятку ледоруба, была полна решимости нанести следующий удар. Никогда еще она не чувствовала себя настолько бесстрашной – все сомнения рассеялись, эмоции одна за одной склонились перед непоколебимой уверенностью. Ранее неизвестная возрастающая сила заполнила все тело.

Она пристально наблюдала как потухло огненное сияние в его глазах, оборвалось разъяренное рычание и исчез хищный оскал – он смотрел на светящийся камень на шее девушки. Волк покорно опустил морду и, превратившись в человека, поклонился.

– Прошу прощения, Ваше Высочество.

Перед Сарой и Сэмом стоял молодой, атлетичный мужчина, на его русые волосы падали блики от сияния сапфира, рукавом плаща он прижимал кровавую распоротую грудину.

У Сэма отвисла челюсть.

– Морденты… морденты существуют, – неуверенно пробормотал он.

Ледоруб выскользнул из руки Сары и грохнулся на пол, раскалывая давящую тишину. Она ошеломленно смотрела на учтивого незнакомца, минуту назад намеревавшегося разорвать ее на части. Он истекал кровью, и Сара не могла поверить, что была этому причиной. Она просто боролась за свою жизнь. Перед глазами встал образ свирепого хищника, сбившего ее с ног, его обнаженные клыки, пробиравшее до дрожи рычание, жажда кровавой плоти. Этот образ навсегда останется в ее памяти, но сейчас она испытывала жалость к человеку, стоявшему перед ней, и одновременно опасалась, что в любой момент может снова ощутить на себе устрашающее дыхание прежнего монстра.

– Ваше Высочество? – дрожащим, неуверенным голосом переспросила она.

– Камень на вашей шее, – голос незнакомца прервался, и он застонал от боли, – принадлежал королеве Каданса Ярости – Лили Сэндроуз.

– Что? – Сара нахмурилась и покрутила головой. – Это не имеет никакого смысла.

Сэм открыл рот еще больше, зная, что так звали маму Сары, но откуда незнакомцу было это известно? У Сары была фамилия отца – Нортман, но она часто видела произнесенную незнакомцем фамилию, написанную на внутренней стороне обложки ее любимой книги сказок: «Собственность Лили Сэндроуз». По словам ее мамы, с какого-то древнего языка это переводится как «роза из песка».

– Ваша мать выбрала вас своим преемником, чтобы… – все, что успел хрипло пробормотать мужчина перед тем, как потерять сознание.