Читаем Сансара полностью

– Не исключено, что он хоть что-то знает о них. А может быть, даже поможет нам их обнаружить, – вдохновенно потирал руки Птоломей. – Но поскольку он гражданин Китая, то действовать нужно очень аккуратно. Реши, то ли в срочном порядке выслать его на родину, то ли привлечь к сотрудничеству и оставить у нас как можно дольше. Второе, как ты понимаешь, гораздо выгоднее.

– А что у нас на него есть?

– Не много! Но любопытное. – Птоломей нажал на клавишу компьютера, и на мониторе появился документ. – Например, то, что наш «китаец» вовсе не китаец! – Голубев заинтересованно насторожился. – Он из наших, из бурят! В детстве был отдан на воспитание к тибетскому монаху и вместе с другими детьми вывезен в Китай. Там обучался искусству левитации и прочим шаолиньским практикам, выступал в цирке во многих странах мира, к нам он прибыл по приглашению агентства «Земные радости». И нигде он такого дурдома не устраивал, а у нас как с цепи сорвался.

Голубев за долгую работу в особом отделе нагляделся на Белое братство и на сатанинские культы, на фанатиков Грабового и на зазомбированную секту «Радастея», на лидеров старообрядческих движений, которые живьем свои паствы в землю закапывали. И был твердо убежден, что девяносто процентов всех экстрасенсов и ясновидящих – шарлатаны, не обладающие способностями, чтобы долго держаться на определенном уровне. Они могут пару раз предсказать события, но во всем этом часто нет стабильности, а также множество накладок и противоречий, что доказывает программа «Битва экстрасенсов». А те, кто действительно что-то умел, давно уже сотрудничали с их отделом, но таких были единицы. С «такими» Голубев уже успел проконсультироваться, они уверяли, что человек это не простой, и многое из его фокусов говорит о могуществе и защите. Голубев и здесь не понимал, зачем могущественному человеку так себя рекламировать. Другие «могущественные», наоборот, сидят в тени, как бы за кадром, и манипулируют событиями. Найти к ним дорогу трудно, порой невозможно. А вот чтобы и способности, и реклама – такого замеса в одном флаконе даже никто из его консультантов не встречал, да они и сами больше ничего не могли сказать о Лоу. Говорили, что у него непробиваемая защита.

Наконец через пару дней китаец был доставлен к Голубеву. Интерес к этому человеку у него за это время вырос и укрепился, и не без помощи жены Людмилы. Она только и разговаривала по телефону с подругами о «китайце». Они тоже делились с ней новостями, и по той же «горячей линии» Голубев узнавал интересные для себя факты. Например, о том, что в городе уже образовался фан-клуб гастролера, что некоторые подруги Людмилы всерьез планируют сделать у него безоперационную подтяжку лица. Жена все мечтала купить билеты на шоу для себя, подруг и всех сослуживцев. Но в кассах все билеты давно размели, а от цен перекупщиков глаза лезли на лоб. Голубев всех хотел провести в цирк бесплатно, но не хватало времени. А сегодня он уже сам, живьем мог пообщаться с легендой. Если повезет, то он первым выяснит, что там за маска такая и в чем же истинная природа всех этих китайских фокусов. Голубев немного разволновался и приготовился к неожиданностям.

Секретарша Верочка постучала в дверь нервно и даже немного истерично. Округлив свои большие глаза до размера маленьких блюдец, она заглянула в дверь, но потрясенная, только размахивала в воздухе руками.

– Сергей Владимирович – это Он! – еле выговорила Вера.

– Зовите! – махнул рукой Голубев и принял в кресле непринужденную позу.

На пороге появился приятный мужчина средней комплекции в дорогом европейском костюме с бабочкой. Он прошел в комнату и стал напротив Голубева. Его лицо, чуть желтоватое, излучало некоторое свечение, и Голубев заметил, что китаец как-то странно улыбается. Это была та самая легендарная резиновая улыбка, о которой так много писали и говорили. Голубеву стало как-то не по себе, но он старался не проявлять неуважение к гостю и никак не выдавать своего потрясения. Это была очень качественная имитация лица: с тонкими лучиками у глаз и даже с маленькими порами на коже, а на щеках розовел легкий румянец.

– Я очень рад! – Сергей вежливо протянул китайцу руку, и тот подал ему свою.

Его маленькая ладонь оказалась мягкой, сухой и крепкой. Рукопожатие показалось Голубеву довольно дружественным, а раз так, значит с этим человеком уже можно иметь дело. Голубев невольно задержал взгляд на этом чуде природы, через узкие разрезы для глаз на него смотрели совершено молодые, умные, живые и немного смеющиеся глаза.

– Господин Сэн Лоу, – Голубев протянул руку и вежливо указал гостю на стул, – я очень рад нашему знакомству, тем более что билеты на ваши шоу днем с огнем не достать!

– Но вам я готов предложить пачечку. – Фокусник залез в карман пиджака и вынул из него пригласительные билеты.

Лоу прекрасно говорил по-русски, даром что большую часть жизни провел в китайском монастыре.

Голубев засиял.