Ник и представить себе не мог, что он был способен на такой порыв чувств. Лоу взял рисунки Никиты, скомкал их, положил на свои ладони, и внезапно бумага сама воспламенилась. Листки скручивались и горели каким-то холодным синеватым пламенем, при этом лицо Сэн Лоу не выражало ни страха, ни боли, он только сосредоточенно смотрел, как догорают листки. Когда они начали рассыпаться, мастер Лоу подошел к окну и вытряхнул пепел, рассеяв его по ветру. Потом взял со стола стакан с водой, брызнул на руки, стряхнув след от пепла. На его руках Ник не увидел следов от ожога.

Он смотрел на мастера Лоу с восторгом и вдохновением, который еще шире раскрыл окно и встал на подоконник.

– Ник, ты мне сейчас очень помог, и я вернусь к тебе в тот момент, когда ты без меня не справишься.

– А я уже не хочу быть без тебя! – бросился к нему Ник.

– Не хочу и не могу – это не одно и то же, на всякий случай будь, как пионэр, всегда готов!

Это было смешно, Никита никогда не слышал о пионэрах, наверное, это индейцы в прериях, но в следующую секунду Ник забыл о них, потому что мастер Сэн Лоу сделал шаг из окна и взвился в небо.

Один из нас

Иван очнулся и открыл глаза. Жив! Кажется, цел, только где он? Деревянный сруб потолка из светлого дерева желтоватым куполом висел над головой, опираясь на дышащие хвоей стены. Крепкий деревенский дом – терем, в комнате горит свет, а вокруг такая удивительная тишина, такой покой, что казался безжизненным. Ни фига себе история! Значит, его спасли и увезли в деревню. Интересно, кто? Иван приподнялся на локте и тут же упал на большой деревянный настил. Он находился еще как будто во сне, где продолжались стрелялки и догонялки, потом взрыв – он потерял сознание. А вот что было потом? Может быть, его похитили как опасного свидетеля? Но тогда почему не убили? Но нет, когда похищают, то связывают, а тут постель постелили. Нужно попытаться обнаружить хозяев.

Иван сполз с кровати, как мешок картошки, плюхнулся на пол. Странно – тело не подчинялось ему совсем, может быть, его чем-то обкололи? Голова раскалывалась, а тело ныло, как после драки, но ни синяков, ни следов от уколов Иван на себе не обнаружил.

Кое-как добрался ползком до массивной деревянной двери, толкнул ее и отшатнулся – перед ним зияла черная пустота: огромное ночное небо с низкими яркими звездами как из окна космического корабля бросилось навстречу с галактическим размахом.

– Ё-мое! – только и мог вымолвить Иван, вдохнув необыкновенно чистый, густой, насыщенный кислородом воздух, такой спелый и вкусный, что мог заменить и воду, и хлеб. Иван дышал полной грудью и не мог надышаться. Он давно отвык от чистого живительного воздуха, и у него даже закружилась голова. Постепенно зрение привыкло к темноте, и он начал различать шум, похожий на раскачивание деревьев. Ни огней, ни фонарика, но явно ощущался запах хвои, наверное, и правда лес. «Швеция – нет, бери выше, – ободрил себя Иван. – Швейцария?!» Он поежился, воздух был холодный, закрыл массивную дверь и обратил внимание, что на ней нет ни крючка, ни засова, ага, значит, закрывается только снаружи, замком. Кто его притащил? Скорее всего, спит где-то в другом месте, а свет оставили заботливо, чтобы он спросонья не испугался чужого места. Значит, не похитители, а друзья! Дверь не заперли, наверно, еще и потому, что отсюда некуда идти. Но это и утешает, значит, и чужие здесь не ходят. Но кто же здесь хозяин? «И что теперь? – спросил сам у себя Иван и сам же ответил: Нужно, Ваня, потихоньку ползти на хауз». – Он приподнялся еще раз, но ощущение того, что его били, не проходило, тело ломило и хотелось спать. Кто бил, когда, за что он ничего и не помнил… Но помнил, что кто-то его за что-то проклинал, наверное, это был кадр из фильма, но какого, опять не помнил. «Только бы поспать!»

Иван добрался до своего деревянного настила, благо, что невысоко, забрался на матрац, крепко сбитый из какой-то пахучей травы, и отрубился снова, не больно-то анализируя происходящее. И снилось ему огромное, крутящееся «чертово колесо», все почему-то объятое пламенем. Люди, вертящиеся в нем, плакали и кричали, а Иван смотрел на это жуткое зрелище со стороны, и ему казалось, что эта картина ему что-то напоминает, но что именно, он вспомнить не мог. Тут перед ним закривлялась насмешливая маска китайца Лоу. «САНСАРА, – подсказал китаец, – так называется это колесо», – и улетел, так и не поведав Ивану, как потушить этот пожар. Иван решил, что когда он проснется следующий раз, то очутится у себя дома или найдет всему объяснение.