Читаем Самурай (сборник) полностью

– И только две подходящего размера находятся около воды. А ведер он не взял, ты бы это заметил. И ходить за водой – это такая морока. Одна из этих полянок у самой границы с «Дельфином». А вот вторая… Почти в центре зоны, к тому же там сливаются два ручья. Формально это самое безопасное место. Вспомни, что наш лагерь-приманку все нашли совершенно безошибочно.

– Понял.

Я взял кусок светящейся ленты и разрезал ее на десять частей.

– Это чтобы ходить в темноте колонной, – пояснил я. – Наклей мне на спину, ну и всем, кроме замыкающего.

Как подойдем – обдерем, – я посмотрел на часы и оглядел своих бойцов: вроде все дожевали. – Ну, двинулись.

Подняв фонтаны холодных брызг, мы форсировали наш ручей и побежали к «орлиному гнезду» (если оно там есть).

Я неплохо вижу в темноте и чувствую ямы и препятствия под ногами. Включать шестое чувство я не стал – так нечестно – одно дело, когда мы спасаем своего бойца от вполне настоящих пыток, и совсем другое, когда мы играем в войну с хорошим парнем Эрнесто.

Мы уклонились к северу и вышли к ручью метрах в пятистах западнее предполагаемого расположения противника.

– Снимаем бантики, – пошутил я, подставляя Крису свою спину. – Лео, вы идете вдоль ручья по этой стороне, забираетесь на деревья. Как они проснутся и вылезут из палаток, мы начнем стрелять, они залягут. Ну и вы их…

Лео кивнул.

– Крис, за мной.

На часах 3:50. Через сорок минут взойдет Феб. А черз пять минут уже начнет понемногу светать. Рота форсиропала ноток и направилась на запад, растянувшись в редкую цепочку. И где же Эрнестовы колокольчики? Ага, вот они Слишком близко к лагерю, мы займем позиции, не пересекая их круг.

На полянке стояли палатки. Куда-то они собрали пойти повоевать, потому что лагерь просыпался, а значит часовые наверняка утратили бдительность.

– Крис, возьми двоих и – к северному ручью, они сейчас умываться пойдут.

Потом я ткнул пальцем в сторону ближайшего солдата показал: иди за мной. Мы с ним спустились к ручью, огибающему лагерь с юга. Сюда уже пришли умываться несколько ребят с гордо расправившими крылья орлами на эмблемах.

Светлело стремительно. У нас минут пять за всё про все.

– Лео, ты наверху? – Да.

– И скольких ты видишь? – поинтересовался я.

– Девять, нет, одиннадцать.

– Ясно. Крис? Сколько их там у тебя?

– Четверо.

И они не пересекаются с теми, что видит Лео.

– Начали, – скомандовал я. В южном ручье смывали себя остатки сна человек пять. Но Лео их уже учел. Не важно, лучше уже не будет.

Первым делом я подстрелил стоящего на берегу часового Другие ребята тоже начали стрелять, и кто в кого попа было уже непонятно.

– Тревога! – раздался громкий крик.

Тут на меня что-то упало сверху, я ткнулся лицом в землю. Летучие коты! Я рванулся. Тот, кто меня держал, не от пускал.

Меня! В плен! Да ни за что! Я забарахтался, но вдруг краем глаза увидел на рукаве лежащего сверху парня эмблему хорошо знакомым скалящимся тигром: меня держит мой собственный солдат, которому я приказал идти вслед замной. Он закрыл меня своим телом, и шарик из бластера попал в него, а не в меня. Я замер. Он облегченно вздохнул и сразу же вздрогнул: в него попали еще раз. Черт! Это больно. Он берет на себя уже второй предназначенный мне выстрел. Я осторожно высунул нос и огляделся: в ручье отыгрывали смерть все пятеро умывавшихся там ребят. Их пострадавшие от наших выстрелов комбинезоны окрашивали воду в цвет настоящей крови. Противники залегли и пытались понять, где мы находимся. Я услышал «чпок, чпок» – разбрызгивались шарики с краской. И чьи-то недовольные чертыхания: Лео зря времени не теряет. Я связался с ним:

– Лео, ты меня видишь?

– А ты «жив»?! – радостно откликнулся он.

– За меня «погиб» другой, – ответил я резко. – Где тот, что в нас стрелял?

– Полежи спокойно, я его сейчас найду.

Лежу. Долго лежу и ничего не вижу и не знаю. Лет через сто Лео наконец снизошел до своего злополучного командира:

– Я его подстрелил. И больше никого «живого» не вижу.

– Ясно. А «убитых»?

– Э-э-э, сейчас, – Лео помолчал. – Четырнадцать. Но я не вижу северный ручей.

– Ясно. Крис!

– Семь.

– Десять.

– Как у тебя дела?

– Мы подстрелили шестерых.

– Прекрасно. Некоторых Лео уже сосчитал, так что скажи, сколько плавает в воде.

– Трое, и еще один у самого берега, Лео не может его видеть.

Четырнадцать плюс восемнадцать будет тридцать два. Прекрасно.

– Крис, врагов еще пятеро. Осторожно иди в лагерь и проверь там всё. Лео тебя прикроет. Минуту подожди, и давай. Лео, – я снова связался со своим снайпером, – сейчас Крис пойдет прочесывать лагерь. Прикрой его.

– Понял.

– Отвались чуть-чуть, – попросил я славного героя, досих пор прижимающего меня к земле.

Он придавил меня еще сильнее. Черт бы его побрал! Кто тут кем командует?!

– Гром тебя разрази! – начал ругаться я. – Ты «мертв». Ты настоящий герой, но ты не можешь меня удежать, так нечестно.

Парень отодвинулся в сторону. Я перекатился к ствол старого вяза и огляделся: поле боя почти как настоящее повсюду в живописных позах лежат «убитые» в камуфляжке. Насмотрелись боевиков.