Читаем Самурай (сборник) полностью

– Если тебя условно убьют, а выходить придется сюда… Может быть, ночью.

– Понятно, – откликнулся тот же голос.

– Дальше, в 10:00 мы входим в лес. Вот здесь, – я показал на карте, – как я узнал, все и всегда строят лагерь. Мы тоже так сделаем. Крис, вы ставите здесь две шестиместные палатки. Только не вздумайте устраиваться там на отдых. Вокруг на деревьях Лео с вашей помощью делает воздушные дорожки.

– О-о-о!!! – Народ осознал. Идея летать с дерева на дерево, да еще и дурача при этом врагов, всем пришлась по вкусу.

– А настоящий лагерь у нас будет здесь, – я показал место, почти на границе с сектором «Орла». – Вот у этого Ручья. Ставить палатки днем мы не будем. Утром Ари и Берн под руководством Роберто идут туда и роют несколько ям. Для рационов и для всего остального снаряжения.

Э-э-э, я пойду с вами и покажу, как сделать, чтобы они бы ли незаметны. И систему обороны лагеря мы тоже сделаем колокольчики, чтобы ночью спать спокойно, воздушны дорожки для стрелков. Чтобы врагам жизнь мёдом не казалась. А вокруг лагеря, с нашей стороны, на толстые деревья наклеим светящуюся ленту: если на нас попытаются напасть ночью, часовые увидят силуэты на фоне ленты.

Я опять прервался. Теперь меня слушали, затаив дыхание. Кое-кто подпрыгивал от нетерпения.

– Алекс, возьмешь с собой Бенни, пойдете на границы и обустроите там на деревьях наблюдательные пункты, дорожки, чтобы можно было отступить и чтобы твои ребята знали их как свои пять пальцев. И чтобы вас с той стороны при этом не видели. В 14:00 вы начинаете наблюдать за границей. Кто-нибудь из врагов обязательно не выдержит и нападет сразу. Не вздумайте в них стрелять, ясно?

– Ага, – согласился Алекс.

– Но я, конечно, должен знать, сколько, откуда, куда и зачем. Наконец, снаряжение. Каждый таскает с собой фляжку с водой, альпстраховку, моток веревки с запасным карабином, бластер и десантный нож. Последний, разумеется, не для боя.

Ребята засмеялись.

– И последнее. На тот неприятный случай, если кто-нибудь попадет в плен, – сурово сказал я, – по правилам вы обязаны отвечать на вопросы, но не обязаны отвечать правду.

Так вот, наш лагерь находится здесь, – я показал на лагерь-приманку. – А где же еще? Если они уже знают, что вы врете, тогда другой ответ: лагеря нет вообще.

У нас есть рота, которая всё на себе таскает, не лень им. И ни слова про деревья, веревки и дорожки. Ясно? О моих планах вы, конечно, не осведомлены, я вам не докладываю.

Согласное бормотание было мне ответом.

– И еще, те, кто играл в прошлом году, помнят, что война ведется по ночам. В этом году так не будет.

– Почему?! – спросил кто-то.

– В прошлом году было полнолуние, а в этом новолуние. Дураков бродить по лесу с фонарем, я надеюсь, не сыщется. Но охранять лагерь, конечно, придется. И вставать до рассвета – тоже.

Я посмотрел на часы:

Всё. Через десять минут отбой. Алекс, задержись.

Ребята разбежались в разные стороны.

– Какое нестандартное снаряжение взяли наши противники? – поинтересовался я у руководителя своей разведки.

– Э-э-э???

Я недовольно покачал головой:

– Твои ребята полдня торчали у склада.

– Сейчас узнаю.

Алекс убежал.

– Эрнесто взял колокольчики, – заметил Лео, останавливаясь возле меня, – тоже старался тайно, но у того парня, которого он послал, звякнуло.

– А если бы я не спросил?

– Извини, – смутился Лео. – Я не догадался следить за этим. Просто случайно запомнилось.

– Угу. Ну, я тоже не догадался, – вздохнул я, метая в себя громы и молнии.

Алекс вернулся уже после отбоя в сопровождении одного из разведчиков:

– Это Тома, – явно гордясь своим парнем, заявил Алекс.

– И что ты заметил? – спросил я.

– Скандиано захватил слишком мало рационов. И еще, он взял несколько лишних коммов. Завхоз даже сначала не хотел ему давать. Но правилам это не противоречит.

– Понятно, – прошептал я. – Ты – умница! Молодчина! – добавил я, тряся руку своему разведчику.

Парень расцвел.

– Почему он взял мало еды, я понимаю, – задумчиво сказал Лео. – Хочет пограбить. В его стиле. А коммы-то зачем?

– Для перехвата и радиоигры, – объяснил я. – Жаль, что он такая сволочь, голова у него варит.

Лео, Алекс и Тома все еще были в недоумении.

– Снимаешь комм с «убитого» или пленного и слушаешь, что его командир хочет ему сказать. А если он настроит свой второй комм от нашего, то все его офицеры будут с удовольствием слушать, о чем мы беседуем, а при некоторой находчивости даже руководить нашими солдатами.

– Ясно. Значит, мы тоже будем снимать коммы с «убитых».

– Нет, не будем, – решительно возразил я, – с пленных будем, а с «убитых» нет.

– Почему? – удивился Тома.

– Лес километров семь в поперечнике, вполне реально заблудиться. Но лес это ладно, он весь под наблюдением, здесь… Представь себе, что ты, допустим, с подвернуто ногой, один и без комма, ночью.

– Ясно, – согласился Тома. – А на настоящей как?

– Не так, – сказал Лео. – В армии коммы интеллектуальные, сами затирают всю лишнюю информацию.

– А защититься от того, что он придумал, можно? – глядя на меня с надеждой, поинтересовался Алекс.